Борьба с коррупцией должна стать новой национальной идеей

Однажды лидер колумбийских боевиков Кастаньо Хиль признался в интервью, что у трети депутатов парламента Колумбии есть связи с уголовными структурами

Однажды лидер колумбийских боевиков Кастаньо Хиль признался в интервью, что у трети депутатов парламента Колумбии есть связи с уголовными структурами. Сколько таких в Украине, находящейся на 50 позиций ниже в рейтинге Transparency International, неизвестно олигархи не спешат отчитываться за нелегальные расходы, направленные в политику. Только однажды Игорь Коломойский признался, что на две избирательных кампании 2006-2007 годов потратил 40 миллионов долларов. Не такая уж и большая потеря, учитывая объем средств, выкачанных позднее олигархом из госкомпаний.

Деньги это материнское молоко политики. Вся топ-коррупция построена на отношениях, когда инвестиции на выборах приводят к власти кланы, использующие впоследствии политику для самообогащения.

Ключевой фигурой для настоящей борьбы с украинской коррупцией был и остается генеральный прокурор. В его руках необходимые рычаги даже сейчас, после урезания функций прокуратуры. Но упорство, с которым президент Петр Порошенко пытается получить очередного Виктора Шокина, лучше множества слов убеждает в искренности обещаний покончить с этим злом.

На прошлой неделе Рада не смогла даже внести в повестку дня закон о новых требованиях для работы на посту генпрокурора. Попытка запустить внутрь прогнившей системы стороннего руководителя тут же вызвала протест нынешней верхушки Генпрокуратуры, поставленной Шокиным. Хотя сама идея менять закон под одного человека, чтобы пост смог занять Юрий Луценко, тоже выглядит дико для нормальной европейской страны.

Пытаясь использовать генпрокурора в собственных целях, президент загнал себя в ловушку: он доверяет только лояльному человеку на этой должности, и даже Луценко вызывает сомнения из‑за собственных амбиций. При этом 60 % населения считают именно президента главным ответственным за искоренение коррупции.

Но вместо посадок мы видим фейерверк схем и калейдоскоп смотрящих. История последних дней, попавшая на радары даже посольства США: заблокированный конкурс по избранию главы компании Центрэнерго, объединяющей государственные ТЭС. Когда в финал вышли несколько чуждых Банковой фаворитов, за полтора часа до начала было сорвано заседание номинационного комитета. Источники утверждают, что операцию провернул Игорь Кононенко, который избежал наказания после разоблачений Абромавичуса, и продолжает оставаться государевым оком Порошенко в энергетике, раздавая приближенным депутатам направления для заработка.

Попытка сохранить схемы ведет президента Порошенко в пропасть. Антикоррупция стала трендом не только в Украине, учитывая, что интернет и социальные сети сделали мир гораздо прозрачнее и открытее. Сейчас у всех на слуху Румыния, Бразилия, Индонезия страны, где идет реальное наступление на казнокрадов.

Руководитель румынского антикоррупционного ведомства Лаура Ковеши стала национальным героем, начав массовые посадки чиновников. Хотя там тоже долго раскачивались: антикоррупционный директорат был создан как условие вступления Румынии в Евросоюз, но бездействовал. Только после избрания нового президента, предоставившего гарантии невмешательства, первые дела пошли в суд, и теперь антикоррупционеров уже не остановить. В итоге премьер-министр Адриан Нэстасе, саботировавший работу ведомства, тоже сел в тюрьму за коррупцию.

Сейчас аресты взяточников поставлены в Румынии на поток: мэр Бухареста, брат президента, депутаты и члены правительства. Реакция не заставила себя долго ждать в парламенте Румынии бредят попытками урезать полномочия антикоррупционеров, идущих вперед без оглядки на фамилии.

Если все это происходит в одной из самых неблагополучных стран постсовка, почему настоящая борьба с коррупцией не ведется в Украине? Ответ прост отсутствие политической воли у руководства страны.

Повергая Украину в пучину кумовства, смотрящих и ручных прокуроров, президент Порошенко противоречит законам истории. В современном мире невозможно быть одновременно прозрачной и коррумпированной страной. Украина после Майдана стала беспрецедентно открытой: каждый может зайти в реестры собственности, земли, автомобилей. За ложь в декларациях о доходах вводится уголовное наказание. Программы расследований выходят на всех телеканалах, а социальные сети породили тысячи антикоррупционных волонтеров.

Сформировался запрос общества на очищение политики, и это неизбежно приведет к поражению теневиков. Борьба с коррупцией должна стать новой национальной идеей Украины, которая, в отличие от темы языка и внешнеполитической интеграции, способна объединить страну. И если президент и парламент не смогут возглавить антикоррупционную чистку, ответ на этот вызов истории дадут уже другие политики.