Как Самбор поставил на колени Москву: можем повторить

17 декабря, 20:01
Как украинцы с поляками принуждали Москву к миру

30 июня 1605 года ополчение и добровольцы, выданные наследнику на московский престол Дмитрию Ивановичу, королем Речи Посполитой Сигизмундом III Вазой, наконец вошли в Москву. В этой истории темных пятен довольно много, поэтому остается достаточно места для исторического маневра без того, чтобы скатываться в теории заговора.

По-новому посмотреть на этот эпизод «смутного времени» в истории Московского царства мне помог мэр Самбора, с которым мне довелось сидеть в одной камере в Львовском СИЗО. Сегодня Самбор – это рядовой райцентр Львовской области. Но когда-то благодаря жителям Самбора история нашего северо-восточного соседа начала выписывать зигзаги, в результате которых на ихнем троне оказались эти самые Романовы.

Все началось с того, что Иван Грозный, которого за его крутой нрав звали «Васильевич», окончательно поменял профессию, и в Московии наступил династический кризис. По причине исключительной адекватности, вменяемости и последовательности последнего московского царя из династии этих Рюриковичей, который своего сына Ванюшу завалил «в состоянии аффекта».

На престоле оказался другой сын Ивана Васильевича – недоумок Феденька. За него все дела решал шурин Бориска, тот самый, который метил «на царство». Но этому мешал следующий наследник престола – Дима, который будучи малолеткой начал во дворе играться с ножиком и упал на него 32 раза – типа, несчастный случай и никто не виноват. Это по официальной версии Бориски Годунова.

По другой версии с помощью патриотически настроенных офицеров наследнику удалось скрыться в Речи Посполитой, которая только-только была образована и стала крупнейшим европейским государством.

Через десяток с копейками лет Дмитрий Иванович всплывает в Украине – сначала у нашего знаменитого соотечественника Константина Острожского, который перед тем разбил весь московский элитный конный спецназ под Оршей. Позже будущий московский царь переходит на службу к другому украинскому магнату – Адаму Вишневецкому, где при содействии еще одного украинского магната – Льва Сапеги – устанавливают его точную личность как Дмитрия Ивановича Рюрикова, сына Ивана Васильевича Грозного.

Очень смешно на эту тему потроллил Борис Акунин, который в своей «Детской книге» вывел замечательный образ пионера Юрки, который в 1967 году провалился в хронодыру в Киево-Печерской Лавре и оказался в XVI веке.

Как вы уже догадались фамилия Юрки была Отрепьев, а рассказ его был следующий:

«Попадаю, значит, елки-моталки, в 1592 год. Деваться мне некуда, ни фига не знаю, не понимаю. Короче, остался у монахов. Я в бога, само собой не верю, но постриг принял, наречен иноком Григорьем. Без этого в монастыре нельзя. Пожил в Лавре пару годков, надоело. Захотелось мир посмотреть. Пошел бродить по свету. В Москве жил, в Чудовом монастыре. Не понравилось мне там – несоюзно, душесушно, братия друг на дружку поклепничает. Короче, полная хреновина. Свалил назад в Литву, в смысле не в Литовскую ССР, а это тут Украину так называют – «Литва»…

Как я в царевичи попал? – Он засмеялся. – Это вобще атас. Рубрика «Нарочно не придумаешь». Кино «Фанфан-Тюльпан». Был я в городке Брачине, два года назад. Ну и заболел, сильно. Воспаление легких. Температура, всё плывет. Лежу без памяти, монахи за меня молятся, компрессы на лоб ставят. И один из них, когда рубаху мне менял, углядел на моей груди родинку, красную, она у меня всегда была. А около носа у меня (вон, видишь?) тоже фиговина, с рождения. Плюс к тому бредил я, словеса какие-то, монахам непонятные говорил – наверно, из 20 века. А чернец, который мне рубаху менял, слыхал когда-то, что у царевича Дмитрия, которого в Угличе то ли убили, то ли не убили, такие же приметы. Побежал к отцу игумену: так, мол, и так, уж не царевич ли это, который от убийц спасся? И знаки на теле, и говорит чудно. Игумен пошел к магнату – ну, это главный феодал – князю Вишневецкому. А тому лестно: у него во владениях беглый московский принц. Ну и пошло-поехало. Я сначала-то отпирался, а потом сообразил: ёлки, это ж фортуна сама в руки идет. Мне, Эраська, к тому времени здешняя отсталость вот где встала. А чего, думаю? Стану русским царем. Как говорится, возьму власть в свои руки. И наведу в ихнем средневековье порядок. Как у братьев Стругацких в «Трудно быть богом»…»

И всё завертелось после того, как Дмитрий собрался жениться на Марине Мнишек – дочери самборского воеводы.

Украинцы с поляками начали строить планы по захвату Кремля, в результате чего силы западного альянса, которые собрались в Самборе, выступили в поход и обеспечили законность престолонаследия в Московском царстве.

За годы, проведенные в Речи Посполитой, царь Дмитрий I слегка пообтесался и набрался всякой культуры и образованности. Так он, например, показал московитам как правильно пользоваться вилкой (в Москве застолья проводились на средневековый манер – ножом, руками и головой соседа) и легализовал шахматы (тогда к этой бесовской игре в Москве относились так, как сегодня к марихуане).

Кроме этого, молодой царь ввёл в обиход основы мусорной люстрации. Так, взяточника, которого брали с поличным, водили по городу, повесив на шею предмет взятки. В то же самое время были вдвое повышены зарплаты госслужащим, снижены налоги и повинности для крестьян и объявлена амнистия политзаключенным.

Такого московиты потерпеть не смогли. Хунта во главе с Василием Шуйским отстраняет от власти легитимного царя-либерала, арестовывает его и делает ему окончательный импичмент. Чтобы уж все наверняка поняли степень цивилизованности московитов, тело царя сжигают, прах заряжают в пушку и выстреливают им в сторону Украины.

Вот такой вот «День народного единства».