PromoPromo

Тамбовское восстание 1920-2015 - мемориальная война

17 сентября 2015, 11:20
Путинский режим ведёт гибридную войну не только против живой силы противника, но и против исторической памяти восточно-европейских народов

Термин мемориальная война ещё не утвердился в нашем лексиконе, хотя мемориальные войны стали визитной карточкой постсоветского пространства.

Непрекращающаяся битва за историю полтора года назад выплеснулась на поля реальных сражений, где по одну сторону находятся внуки победителей фашизма , а по другую наследники героев освободительных войн .

Мы живём в эпоху кремлёвско-украинской, кремлёвско-польской, кремлёвско-эстонской, кремлёвско-латвийской, мемориальных войн.

Ожесточённые сражения идут вокруг Голодомора, пакта Молотова-Риббентропа, катынской бойни, прибалтийских депортаций.

Нельзя отрицать за всем этим и позитивного момента. Если советские шовинисты питают жгучую ненависть к эстонской или украинской национальной памяти, то можно смело констатировать, что эстонская и украинская нации состоялись. У них есть коллективные воспоминания, которые, по мнению французского социолога Эрнста Ренана, и лежат в фундаменте любой нации.

Ненависть обитателей Мордора говорит лишь о том, что молодые народы пошли по правильному пути, выбросив на свалку истории советскую рухлядь, всех этих бронзовых солдат и вечно живых ильичей.

Путинский режим ведёт гибридную войну не только против живой силы противника, но и против исторической памяти восточно-европейских народов, включая русский народ, которому вместо здорового национального мифа подсовывается мессианство национал-большевистского толка.

Фактически, Кремль ставит русских перед выбором: или переживать перманентное чувство величия , гарантируемое Путиным, или освободиться от чекистских оков, но хлебнуть при этом национального унижения , которое неизбежно в случае принятия русскими стороны Запада в битве за историю .

Задача русских антисистемных националистов наглядно доказать, что избавление от советского наследия приведёт не к унижению, а к вящей национальной славе свободной России .

Оно и понятно, ведь Национальная Революция это прекрасный миг в истории каждого народа, когда доселе порабощённый народ выпрямляется и рвёт проклятые цепи. Но для осуществления такой Революции националисты должны иметь устоявшиеся представления о русской истории, о пантеоне героев, который придёт на смену советским идолам.

Русским противникам чекистской живодёрни, так или иначе, придётся открыть ещё один фронт, начать свою собственную мемориальную войну , имя которой кремлёвско-русская.

Поскольку взгляд на историю подразумевает наличие определённой идеологии, то данная задача под силу только русским националистам, как наиболее идеологизированной части гражданского протеста.

В радикал-либеральных кругах принято относится к идеологии с известной долей презрения. Либеральные фундаменталисты в российской оппозиции почему-то считают, что чекистский режим падёт исключительно в силу экономических обстоятельств его падение неминуемо и стоит только подождать, пока железный занавес не рухнет над напором ценностей свободного рынка и открытого общества.

Но почему тогда в стране Гайдара и Чубайса стала возможной тоталитарная реставрация начала 2000-х?

Может быть конец истории всё-таки не наступил, а время идеологов-интеллектуалов не прошло?

Трудно поспорить с тем, что красно-коричневые идеологи из Изборского клуба оказались куда нахрапистей и креативней светочей нашего либерализма.

Казалось бы, оппозиции логично принять вызов евразийцев, национал-большевиков и прочих строителей СССР 2.0, но она как презирала, так и презирает любые идеологические штудии.

Может быть, за годы советского паразитирования на русском патриотическом чувстве словосочетание русская идея и приобрело нежелательные ассоциации с водкой, медведем и балалайкой, но разве можно победить чекизм не имея собственной трактовки этой самой русской идеи ?

Если общество перестанет гордиться великой победой большевиков в войне 1941-1945, на которой, по словам фронтовика Виктора Астафьева, Сталин и Жуков сожгли русский народ , то оно обречено гордится чем-то другим.

Чем же?

В этом году исполняется 95-летний юбилей Тамбовского восстания . В августе 1920 года терпение русских крестьян Тамбовщины перешло через край и они с оружием в руках выступили против большевистского произвола. Восстание возглавил член партии социалистов-революционеров Александр Антонов (надо, однако, отметить, что Антонов хоть и был по убеждению эсером, но действовал независимо от партии, которая не захотела одобрять восстание).

Под командованием харизматического лидера повстанцы добились ряда побед над красными и превратили Тамбовскую губернию в один огромный партизанский край, где большевиков на каждом шагу подстерегала пуля или виселица.

Весной 1921 года Москва наконец-то всерьёз озаботилась крестьянской войной и откомандировала на Тамбовщину 100-тысячную армию во главе с красным Бонапартом Тухачевским. Каратели применили к непокорному региону оккупационную систему , с систематическим разрушением бандитских деревень, взятием заложников, концлагерями.

Против скудно вооружённых русских партизан коммунисты бросили бронеавтомобили, бронепоезда, авиацию и даже химическое оружие. К осени 1921 года восстание было подавлено и тамбовских крестьян вновь заковали в красные цепи.

Александра Антонова вместе с братом выследили и убили в 1922 году.

Крестьянско-большевистская война обошлась Тамбовщине как минимум в 110 тысяч жертв.

Впрочем, большевики были вынуждены пойти на некоторые уступки и вскоре ввели новую экономическую политику , которая, однако, завершилась сталинской коллективизацией.

Между тем, до сих пор не дана юридическая оценка событиям 1920-1921 гг., которые на взгляд любого непредвзятого исследователя являлись геноцидом народа Тамбовщины большевистским режимом. Не укоренилась память о восстании и в общественном сознании, даже после распада СССР.

В этом нет ничего удивительного: властители РФ обожают праздновать триумфы, но не любят вспоминать трагедии, тем более те, где успели отметиться прямые предшественники сегодняшних патриотов товарищи-коммунисты. Но если у Катынского мемориала они могут, ради потепления отношений с Польшей, проронить крокодилову слезу, то на безымянные кладбища тамбовских повстанцев им попросту наплевать.

Но не наплевать нам. В августе этого года русские националисты выступили со смелой инициативой вынести обсуждение тамбовского геноцида на мировую арену.

В Обращении русской общественности в связи с 95-й годовщиной Тамбовского крестьянского восстания содержится минимум исторических и юридических сведений, позволяющих классифицировать действия большевиков как яркий образец геноцида. Но Обращение это не просто набор исторических и правовых фактов, но и документ, претендующий на политическое значение. Фактически, кампанией по увековечиванию Тамбовского восстания кладётся начало русскому нациостроительству.

Вспоминая трагедию русского крестьянства, русский почувствует общность судьбы с украинцами, латышами, эстонцами и прочими восточно-европейцами, пострадавшими от советского тоталитаризма.

Память о Тамбовском геноциде как ничто другое поспособствует умиротворению российского общества, чьи нервы расшатаны болезненным культом 9 мая и воевавших дедов .

Человек, на глубинном уровне переживающий трагедию своих предков, сведённых в могилу тоталитарным монстром, вряд ли решится на внешнеполитические авантюры, тем более ради наследников этого монстра. Следовательно, память о Тамбовском восстании формирует ответственный национализм и миролюбивый патриотизм, которые будут столь необходимы Русскому государству после краха чекистско-олигархической системы. Тамбовский повстанец, в отличие от красноармейца, не захватывал чужую землю, он защищал свою. Поэтому русское национальное движение, в РФ и в эмиграции, обязано воздать ему должное, провозгласить его образцом идейного борца за Свободную Россию.

Таким образом, Тамбовское восстание находится как бы на пересечении всех болевых точек РФ.

Постановка вопроса о геноциде подрывает легитимность Кремля , ведь кто как не отцы-основатели СССР-РФ санкционировали уничтожение тамбовского крестьянства?

Она же нарушает идиотскую атмосферу эйфории и шапкозакидательства, царящую в РФ: как можно радоваться победам, когда не похоронены жертвы величайшей в истории России трагедии?

Тамбовский вопрос подкладывает бомбу под культ 9 мая, на котором покоится путинский режим: как-никак в подавлении антоновщины видную роль сыграл будущий марш Победы Георгий Жуков .

Может ли памятник орденоносному палачу украшать Манежную площадь?

Наконец, история антоновщины развенчивает русофобский миф о предрасположенности русских к коммунизму.

Какая уж тут предрасположенность , когда в каких-то 500 километрах от Москвы советская армия выкорчёвывала всё живое, дабы свести на нет русскую антибольшевистскую герилью.