Трагедия у острова Сенья

14 декабря, 17:00
Хладнокровный расстрел невооружённых норвежских мотоботов

В советские времена об этой истории нельзя было рассказывать правду.

В книге о командире подводной лодки К-21 Николае Лунине Витязи подводных глубин было написано так:

Обнаружив в пути суда с фашистскими флагами, лодка всплыла и артиллерийским огнем уничтожила четыре мотобота. Перед этим их командам была предоставлена возможность сесть в шлюпки .

Все это вранье.

Командир подводной лодки Щ-421 Николай Лунин стал известен, когда зимой 1942 г. потопил немецкий транспортный пароход Консул Шуйте , за что был представлен к званию Героя Советского Союза.

В феврале 1942 г. Лунина назначили командиром нового подводного крейсера К-21, входящего в состав Северного флота.

Летом 1942 г. после четвертого боевого похода Николай Лунин заявил, что экипаж лодки смог торпедной атакой повредить немецкий линкор Тирпиц желанную цель всех советских подводников.

На самом деле, как потом было установлено, все четыре торпеды прошли мимо, так как Лунин допустил ошибки в определении параметров движения эскадры и стрелял с запредельной дистанции (около 20 кабельтовых) под большим курсовым углом.

Следующие несколько боевых походов лодки К-21 ничем не отмечены.

Остался в памяти девятый поход лодки Николая Лунина.

Командование поставило К-21 задачу установить активное минное заграждение в Лоппском море и действовать против боевых кораблей и транспортов противника, выходящих из Андфьорда.

6 апреля К-21 вошла в квадрат позиции № 2 - это район между Тромсо и Хаммерфестом. На исходе суток в заданной точке у северной оконечности острова Лоппен было выставлено 20 мин.

9 апреля обнаружен миноносец типа Карл Галстер , следующий со скоростью 16-18 узлов.

На самом деле это был минный заградитель Бруммер в охранении противолодочных кораблей.

В 14.47 Лунин атаковал его с дистанции 14 кабельтовых, выпустил 6 торпед с углублением от 2 до 8 метров.

Все они прошли мимо, хотя командир и акустики слышали два взрыва, а из отсеков докладывали о трех.

В 14.53 североморцы всплыли под перископ и увидели чистый горизонт, исходя из чего доложили об успехе.

В полночь Лунин радировал в базу:

Мины поставлены. Уничтожен миноносец. Разрешите идти далее .

12 апреля, двигаясь на запад в подводном положении, Лунин настиг группу рыбацких мотоботов с норвежскими рыбаками западнее острова Сенья.

Это место, называемое Свенсгрюн богатый промысловый район близ Тромсо.

Норвежцы не ожидали беды, спокойно занимались промысловым делом, немцы разрешали рыбачить вблизи побережья.

Справа мотобот istein, один из четырех судов, рыбачивших 12 апреля у Свенсгрюна

То, что началось после того, как К-21 всплыла на поверхность рядом с норвежскими рыбаками, иначе как кошмаром назвать нельзя.

После того, как норвежцы увидели всплывшую подводную лодку, они подняли норвежские флаги, обозначая принадлежность судов.

Несмотря на это, команда лодки принялась расстреливать безоружные суда, открыв огонь из палубного артиллерийского орудия.

Первой жертвой стало рыболовное судно Хавегга с экипажем из семи человек. Капитан Альвер застопорил ход, поднял флаг, указывая, что он норвежец, и приказал готовить спасательную шлюпку.

Подлодка открыла орудийный огонь и с десятого выстрела разнесла носовую часть. Трое рыбаков были убиты, трое ранены.

Альвер, чтобы быстрее оказать раненым помощь, направил катер к берегу.

Команда К-21 стала обстреливать его из автоматического оружия и капитан получил тяжелое ранение.

Лодка подошла к Хавегге так близко, что подводники (и в т.ч. сам Лунин) расстреливали рыбаков из пистолетов.

С соседнего мотобота Барен 55-летний капитан Кристоферсен, трое его сыновей и два помощника видели происходящее и решили поскорее убраться. Однако, с лодки дали очередь из пулемета и просигналили так, что норвежцы поняли, что им приказывают идти в открытое море.

Мотобот Эйстейн был дальше всех и в условиях плохой видимости команда подумала, что лодка просит свежей рыбы. Рыбаки подошли ближе и с дистанции в сто метров советские подводники ударили по ним из пушки, разворотив корму и убив сразу пять человек.

Четвертый мотобот Скрейн не пытался бежать. Всю команду семь человек под угрозой оружия заставили перейти на лодку.

Последним североморцы атаковали судно Фрейя , тянувшее трал с рыбой. С близкого расстояния два снаряда поразили цель. Один попал в борт ниже ватерлинии, и мотобот стал тонуть. Из команды пострадали два человека, один погиб, второй был ранен в спину и бедро.

Всех живых подобрал мотобот Йюда , чудом не подвергшийся нападению.

Мотобот Эйстейн после нападения советских подводников

В 1979 году капитан Хавегге рассказывал о том дне корреспонденту норвежской газеты Aftenposten:

Мне не хватает слов. Все были словно в оцепенении. Мужчины и женщины рыдали навзрыд. Матери и вдовы хотели увидеть своих погибших родных. Однако этого нельзя было допустить. Убитых закрыли в сарае на набережной. Снаружи толпились родные и близкие, пытаясь выломать дверь. Никто из нас не осмеливался обратиться к ним со словами утешения... .

О советских подводниках Альвер сказал так:

Это была садистская игра, которой наслаждался капитан подлодки. Таково мое мнение. Мы неоднократно обращались к советским властям за разъяснениями. Никакого ответа мы так и не получили. Не было даже простого извинения... Если бы мне еще раз повстречался этот русский капитан подлодки, то я бы всадил в него нож, пусть даже мы бы и встретились в церкви .

Кроме норвежских рыбаков в той истории был еще один пострадавший 18-летний краснофлотец Лабутин, подносивший снаряды к пушке.

... При ведении артогня по четвертому мотоботу в 15.17 , писал Лунин в отчете, набежавшей зыбью был смыт за борт подносчик патронов носовой 100-мм пушки вестовой краснофлотец Лабутин. Услышав крик Человек за бортом , я, как и присутствующие на мостике, увидел его у среза кормы по правому борту, после чего его накрыло волной, и он больше на поверхности не появлялся. Упавшего краснофлотца Лабутина полагаю утонувшим .

На самом деле и это враньё.

Лунин и его команда просто бросили своего товарища, который вышел в свой первый боевой поход и даже плавать толком не умел. Но Лабутин остался жив.

Догадайтесь, кто его спас?

Правильно, норвежские рыбаки с одного из мотоботов, по которым стреляли из пушки советские подводники. Краснофлотца подняли на борт, переодели в сухое и попытались напоить кофе. Тот отказался, опасаясь, что это яд. На берегу Лабутина передали оккупационным властям и он попал в лагерь для военнопленных в Тромсо, где работал грузчиком в порту.

Русские бросили своего товарища на произвол судьбы так писала тогда об этом норвежская газета Nationen.

Зимой 1944 г. участники норвежского Сопротивления переправили Лабутина и несколько других военнопленных в Швецию, а оттуда через Финляндию в Советский Союз. Лабутин снова был мобилизован в армию, принимал участие в боях за Кенигсберг, был ранен и оставил военную службу в 1948 г.

Сразу после войны он написал бывшему командиру письмо, спросил, почему не спасли, бросили его в море. Лунин ничего не ответил.

Рыбаки мотобота Скрейн после освобождения из советского лагеря

Куда хуже, чем у краснофлотца Лабутина, сложилась судьба у членов экипажа мотобота Скрейн . После того, как их захватили советские подводники, они были доставлены в Мурманск. После допросов в НКВД они были приговорены к разным срокам заключения в лагерях. Только четверо вернутся в Норвегию в 1947 году. Трое погибнут.

Заметка в норвежской газете: С борта рыбачьей лодки у Сеньи в лагерь №99 в Караганде

В годы войны и после нее пострадавшие рыбаки и семьи погибших в Грюллефьорде ожидали от советского командования извинения и объяснения поступка командира К-21, но не получили их.

Бывшие начальники Лунина адмиралы Иван Колышкин и Николай Виноградов в послевоенных мемуарах не обмолвились об этом эпизоде ни словом.

Командующий флотом Арсений Головко тоже воздержался от комментариев на страницах своей книги Вместе с флотом . Хотя известно, что он был крайне недоволен действиями Лунина. Не столько из-за расстрела норвежских рыбаков, сколько из-за потери краснофлотца Лабутина.

Командир К-21 Николай Лунин (крайний справа)

Сам Лунин мотивировал свои действия тем, что большую часть улова норвежские рыбаки сдавали немцам, а значит так или иначе были их пособниками.

К тому же, он объяснял, что у него был приказ топить и уничтожать в тех районах, где работала его лодка, все подряд. Всего Лунину были подтверждены 4 победы: 2 транспорта, большой охотник за подводными лодками, невооружённый норвежский мотобот, а также повреждение ещё трех мотоботов.

Расмус Ольсен один из местных жителей у памятной стелы с именами погибших рыбаков. Ему было девять лет, когда его отца убили советские подводники с лодки К-21.