Завоевание ваххабитами Мекки

8 декабря, 14:00
Судьбе было угодно, чтобы ибн Сауд ко всем прочим своим достоинствам был ещё и ваххабитом.

Да, судьбе было угодно, чтобы ибн Сауд ко всем прочим своим достоинствам был ещё и ваххабитом. В наше время это слово, будучи набранным кириллицей, несёт исключительно отрицательную смысловую нагрузку. Для уха нашего с вами русского современника ваххабит это чуть ли не либерал . Если всё и дальше пойдёт так, как оно идёт сейчас, то мы наверняка доживём до дня, когда русские смыслы этих терминов сольют вместе и появится чудище обло в облике ваххабито-либерала или либерало-ваххабита .

Ничего особо фантастического в такой перспективной терминологии нет, подобное в истории уже было, причём не очень давно, вы просто об этом запамятовали. Если же вылущить из более поздних смысловых наслоений саму основу, то в своём первоначальном виде ваххабизм это что-то вроде протестантского пуританизма в западном христианстве или древлего благочестия в Православии. Это религиозное учение, призывающее вернуться к основам, отринув послабительные наслоения с течением времени замутившие чистый источник веры.

И нет ничего удивительного в том, что настроения эти возникли в Нежде, в глубине (сердцевине) Аравии, после чего появилась потребность как-то эти настроения сформулировать и облечь в слова. А когда появляется общественный запрос, то неизбежен и ответ в виде (в облике) некоей личности, которая и ответственна за формулирование и облекание. И если мы Историю попросим нам такую личность предъявить, то она не замедлит это сделать - термин ваххабизм обязан собою жившему в Нежде в XVIII веке исламскому богослову по имени Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб.

Потребность отделить зёрна от плевел и избавиться от оттенков серого возникла не от хорошей жизни, хорошая жизнь именно и располагает к либерализму , жизнь же в нечерноземной полосе Аравийского полуострова располагала мало к чему, так как была она не жизнью, а выживанием. Условия существования в Аравии всегда были, не сахар и борьба за жизнь там был, борьбой за жизнь в самом прямом смысле. Без дураков.

На Фландрию Аравия не похожа сегодня, а в XVIII веке она на неё походила ещё менее. И жестокость окружающей среды диктовала свои условия, а условия эти требовали и соответствующего мировоззрения. Не так простого как ясного. Чёрное это чёрное, а белое это белое. И никаких оттенков серого, не говоря уж о том, что и сам по себе серый цвет - это зло. Аль-Ваххаб был богословом или, выражаясь другими, более современными словами - идеологом. А идеология это то, чем пользуется Власть, описывающая при помощи идеологии окружающий мир своим подданным. И в нашем случае тут же возник союз слова и дела - версия картины мира, автором которой был Мухаммед аль-Ваххаб была взята на вооружение его тёзкой Мухаммедом ибн Саудом, бывшего, как то видно из имени, предком того самого ибн Сауда, о котором мы и ведём речь. И этот наш (повествовательно наш ) ибн Сауд вёл ту жизнь, которую он вёл, и другой жизни он себе не представлял, да, по чести, другой жизни он себе и не хотел. Его жизнь была жизнью воина. Если три сына шарифа Мекки получили образование в столице Оттоманской Империи и вели жизнь по сравнению с жизнью в Нежде вполне (если не сказать чересчур) цивилизованную, то жизнь ибн Сауда состояла из таких атрибутов как шатёр, скакун, сабля, набег. Вода, золото, рабы. И рабыни.

И если шариф с сыновьями добивались своего с помощью политических интриг (как они их понимали), то ибн Сауд железной левой рукой нагибал непокорных, а правой рубил им головы.

Лично и в беспощадной реальности. И при этом он отнюдь не был человеком примитивным, он не был простаком. Просто жизнь выставила ему некие условия и он принялся на эти вызовы отвечать как умел. He did his best. Не он такой, а жизнь такая. А жизнь выглядела так - по пустыне, по долам, нынче здесь, завтра там. То ибн Сауд преследовал врагов, то враги преследовали ибн Сауда. И по ходу этой вроде бы хаотической круговерти чем дальше тем больше стало выясняться, что ибн-Сауду не интересен сам по себе набег, не итересна сама по себе добыча, не интересно золото , не интересно даже тогда, когда оно блестит.

Выяснилось, что ему интересны люди. И выяснилось, что ему интересны земли. Выяснилось, что ибн Сауд из тех, кого называют собирателями . Также выяснилось, что у него это получается очень хорошо, он был тем, что сегодня называют харизматиком , он имел доступ к сердцам и умам, он был прирождённым вождём. Не потому, что родился в шатре вождя, а потому, что он таким родился. В нём счастливым образом соединились слово и дело. Я очень давно не читаю литературу на русском , а потому не знаю, что и как пишут об ибн Сауде в РФ, но вот в англоязычной историографии его ставят в один ряд с такими людьми как Джордж Вашингтон, Ленин и Мао Цзе-дун. И ещё одно - вдобавок к врождённому умению повести за собою людей в ибн Сауде клокотала ещё и жажда власти.

И это обстоятельство изменило очень многое, так как собирателя могли использовать в своих интересах другие люди (другие властители ), но если собиратель собирался собирать не для других, а для себя, то он немедленно превращался в конкурента.В этом месте события перешли на следующий уровень. Ибн Сауд начал с собирания в единое целое сперва внутренней Аравии - Нежда. Главным врагом был клан Рашидитов. И когда ибн Сауд начал одолевать, то Рашидиты не нашли ничего лучшего, как прибегнуть к помощи оттоманов. Они жалобно воззвали к туркам. Внутренние районы Аравийского полуострова не входили в Оттоманскую Империю, так что происходившее там турков если и заботило, то не очень сильно, но они, тем не менее, отозвались. Однако, то ли они действовали спустя рукава, то ли просто потому, что они турки, но ничего у них с ибн Саудом не получилось. А мы с вами знаем, что то, что нас не убивает, делает нас сильнее.

И ибн Сауд вышел из этих передряг сильнее, чем он был до того, и Саудиты додушили Рашидитов и захватили в 1902 году эр-Рияд, и объединили Нежд. На этом этапе случилось важное, происходившее обратило на себя внимание тогдашних небожителей - англичан. Для них картина выглядела так - в Аравии появилась сильная рука , эту руку по недомыслию оттолкнули от себя турки, а турки силою вещей были союзниками Германии, а это превращало их во врагов Англии, а потому та же самая сила вещей превращала ибн Сауда в союзника Англии. Кроме того, взбодрившийся ибн Сауд принялся алчно поглядывать вокруг, не лежит ли там что плохо, а ближе всего к нему лежал Кувейт, а Кувейт с 1899 года был протекторатом Британии и англичане решили избегнуть могущего возникнуть двусмысленного положения и вытекающего из него недопонимания . После чего Англия по своей инициативе заключила с ибн Саудом договор. А это уже само по себе стоило очень, очень многого.

Ибн Сауд обязался не вторгаться в Кувейт, а за это контролируемые им территории подпадали под протекторат Британии, кроме того ибн Сауд начал получать от англичан не очень значительные суммы на подкуп вождей с целью усилить их лояльность и кое-что из стрелковки . Но что ещё важнее, ибн Сауд посредством договора с англичанами получил выход на международную арену и приобрёл бесценный личный опыт ведения переговоров с бледнолицыми .Кроме того, договор никак не оговаривал взаимоотношений ибн Сауда с шарифом Мекки, Хуссейном бин Али, а ибн Сауду только того и надо было, так как это оставляло его руки развязанными.

Дело в том, что и шариф не смог удержаться от ябедничества. После того как Саудиты объединили Нежд и влияние их выросло, пропорционально выросло и влияние ваххабизма, что шарифу Мекки пришлось не по вкусу и он принялся жаловаться туркам и взывать о помощи. Хеджаз был вилайетом Оттоманской Империи и оставить подобную жалобу без внимания турки не могли, но, так же как и в случае с помощью клану Рашидов, поделать с ибн Саудом им ничего не удалось. Поступок же шарифа выглядел очень некрасиво, он жаловался туркам на человека одной с ним крови и одного языка и жаловался из идеологических соображений, жаловался на инакомыслие. Непонятно, правда, каким образом турки могли шарифу помочь. Вышло у него плохо, так как и Стамбул ему не помог и в лице ибн Сауда он нажил себе смертельного врага, врага до гроба, так как политическое соперничество оказалось отныне обильно сдобрено чёрным перцем. соперничества ещё и религиозного

А как любил выражаться ибн Сауд - ... я всего лишь проповедник и я вижу своё предназначение в том, чтобы нести в мир веру, если удастся - с помощью убеждения, а если не получится - то мечом.

Ну, а там война подошла к концу, кто смел, тот и съел, а в смысле смелости шарифу до ибн Сауда было далеко, так что неудивительно, что Саудиты принялись выдавливать шарифа из Мекки в узком смысле и из Хеджаза в смысле широком.

Шариф, посопротивлявшись (потрепыхавшись), сдал полномочия старшему сыну, Али бин Хуссейну, провозглашённому королём Хеджаза в октябре 1924 года, но и у сына ничего не вышло, и всего через год ибн Сауд захватил Хеджаз со всем, что там было. Шариф уехал к сыну Абдулле в Амман, а Али - в Ирак к младшему брату Фейсалу.

Интересно то, что англичане в происходившее не пожелали вмешаться, хотя легко могли склонить чашу весов в пользу шарифа. Однако делать они этого не стали, посчитав, что, подарив хашимитам два трона, они свои обязательства перед ними выполнили. Оставив же шарифа на месте, Англия отдавала в руки семейства слишком многое, по сути шариф и сыновья получали сразу и кесарево, и божье:

Жирно будет - подумали, наверное, в Лондоне. И Мекка досталась ибн Сауду. А он у нас кто был? Правильно, ваххабит.