Оскорбиться не желаете?

2 января, 21:58
Допустимо ли кощунство и святотатство в цивилизованном обществе?

Когда разговор заходит о религиозной составляющей нашего общества, даже самые адекватные собеседники начинают высказывать очень необычные идеи – от введения государственной религии до запрета каких-то религиозных организаций. Естественно, с оговорками, десятками различных «но», с проклятиями в адрес московской церкви, в которую деньги исправно несут почти половина граждан Украины, и прочими непонятностями.

К счастью, подобная конкуренция в этой сфере не позволяет ни одной из церквей претендовать на ту роль, на которую претендует РПЦ в России. И поэтому об оскорблении чувств верующих речь тут не идет. Хотя, я помню, как лет десять назад именно с этой позиции пыталась зайти УГКЦ во Львове, оскорбившись в ходе полемики с одной из местных религиозных организаций по поводу трактовки пророчества из 18-й главы книги Откровения. Оскорбившись, ксьондзы с местными греко-католическими активистами-мирянами подали петицию о запрете той религиозной организации по причине «кощунства». Поэтому вопрос допустимости такого кощунства не является праздным.

Мой ответ на вопрос, допустимо ли оскорблять чувства верующих (по-простому – кощунство), предельно прост: это делать не только можно, но и нужно. Конечно, есть территории, избравшие своим уделом интеллектуальную деградацию, или не имеющие никаких амбиций развития. Их список известен: Бангладеш, Россия, Нигерия, Афганистан и другие державы, ориентированные на самобытность и духовность. Там законы, защищающие «чувства верующих», разумеется, используются и применяются.

В кодексах развитых стран подобные запрещения иногда встречаются (в виде юридических окаменелостей), но в основном цивилизованный мир следует решениям Венецианской комиссии при Совете Европы, давно рекомендовавшей «исключить кощунство из числа правонарушений».

Смысл этой рекомендации понятен. Дело в том, что право на кощунство — гораздо более важное право, чем это кажется на первый взгляд. Кощунство — существенная компонента свободомыслия, позволяющая лаконично выразить свое отношение к набору тех архаичных нелепостей, которые человек в состоянии найти в какой-нибудь религии. Более того, публичное кощунство является прекрасным способом напомнить верующим каких-то привилегированных конфессий, что они не единоличные владельцы мира, культуры и информационных пространств. Что помимо их воззрений существуют и диаметрально противоположные.

Это напоминание полезно и для самих верующих. Дело в том, что в благоприятных средах они быстро забываются и теряют ориентиры поведения. Что впоследствии неминуемо приводит к драмам. Мы многократно наблюдали, как попы-ксьондзы сперва суют всем под нос руки, назойливо требуя поцелуев, а потом обижаются, созерцая свои окровавленные культи. Периодически натыкаясь кадыком на клинок, расово правильные верующие трезвеют и «возвращаются в берега». Это сохраняет балансы и позволяет избежать неприятных эксцессов.

Много столетий такие же верующие имели возможность решать любые вопросы с помощью костров. Когда у них отобрали спички, они ринулись в юридические бездны, требуя защиты своих особых «чувств» особыми законами.

Вы будете смеяться, но я однажды попал на карцер, находясь во Львовском СИЗО, именно по этой причине. Дело в том, что тогда порядки там были таковы, что во время проверки все, находящиеся в камере, должны раздеться до пояса, построиться, и на приветствие дежурного офицера громко по-военному хором отвечать: «Доб – рий день!». В дни религиозных праздников приветствие было соответствующим: на рождество – «Христос народився!», на водохреща – «Христос ся хрищає!», на пасху (понятное дело) – «Христос воскрес!». И вот однажды на рождество решил я промолчать, не желая поддерживать религиозный обскурантизм. За что и получил три сутки карцера.