Как свалить от русского мира?

6 февраля, 02:49
И как этому поможет принятие нового закона о языке

В ФБ я подписан на все группы, которые продвигают закон #5670: «Громадський закон про мову #5670», «Україномовний Київ», «Горішні Плавні», а также всех активистов этого дела – от Святослава Литинского и Ларисы Ницой до Романа Матиса и Сергея Оснача. Мне действительно интересны настоящие аргументы защитников этого закона. Я, будучи украиноязычным, кстати, тоже с намного большим бы удовольствием получал услуги на родном языке во всяких частных лавочках и супермаркетах. И не только в Харькове, но и в Берегово (если вы понимаете, что я имею ввиду). Но понимание того, чем отличается государственное от негосударственного, удерживает меня от того, чтобы учить жизни владельцев различных частных лавочек. Но разговор здесь о другом.

Настоящие споры вокруг этого нового языкового закона не утихают и не утихнут до момента его рассмотрения. А то, что его не примут в этом варианте, кажется очевидным. И деятельность активистов, как это не парадоксально, станет одним из факторов печального будущего этого закона. Они говорят что-то типа «язык врага - это инструмент врага» (и говорят совершенно искренне), а другие - «это не язык врага, это наш язык, не мешайте нам быть украинцами, не отказываясь от него». Очень весомые аргументы приводят обе стороны, но все правыми быть не могут.



Когда я учился в настоящей украинской школе в Киеве в советское время, то о Ленине, колхозах, непобедимой Советской Армии, о нашей Родине – Советском Союзе – и его столице – Москве, я узнавал из учебников на хорошем украинском языке. Тот факт, что эта книга была украиноязычной, означает, что она среди моих одноклассников формировала какую-то отдельную, украинскую идентичность? Нет. Я хорошо помню, что из себя представляли райцентры на Винничине или Черкащине в конце 80-х: там разговаривали по-украински, в ходу были народные традиции, но в политическом плане это были абсолютно лояльные советские граждане, - если бы не коллапс СССР в целом, идеологический и экономический - продолжили быть советскими гражданами даже несмотря на свою украиноязычность.

Из этого можно сделать два вывода. Первый: язык сам по себе не является основанием для обособленности. Второй: иноязычные граждане могут быть вполне лояльными к государству, в котором основным языком не является их родной. Но, конечно, в совокупности с другими факторами язык может перевесить ситуацию в определенную сторону - то есть он, таки, является одним из основных факторов, но далеко не единственным.



Из Украины советской перенесемся в Украине нынешнюю, постсоветскую. Вспомним два события, к обоим из которых применяли термин «Майдан», а именно: «Языковой Майдан» и «Европейский Майдан». Первый - это когда выходили на защиту украинского языка. Вышло немного, в итоге - поражение. Второй - на защиту европейского вектора развития государства. Результат известен: Янукович вынужден был бежать, Путин заранее раскрыл свои планы и фактически проиграл, не получив ожидаемой «Новороссии». Как так случилось?

Дело в том, что Украина - как пафосно это звучит - состоялась как национальное государство. Нация (совокупность граждан разного этнического происхождения, разноязычная и разноконфессионная) в целом определилась с тем, что именно Украина - наше государство. Это первое и главное. Второе - нация определилась с тем, каким именно государством она хочет видеть Украину на базовом уровне. В отличие от России, где до сих пор существует сильный общественный запрос на государство, которое бы все в мире боялись, а потому уважали - граждане Украины хотят жить в государстве, которая уважала их права, обеспечивала законность и благополучие. Так, очень много разногласий в том, как граждане видят такое обеспечение - но общий вектор указан. И этот вектор большинство ассоциирует с «Европой», а «Европу» видит антиподом «России» (беру в кавычки, потому что эти понятия скорее мировоззренческие, чем политико-географические). Именно поэтому страх поворота от «Европы» к «России» и вывел людей на так называемый «Европейский Майдан», который затем перерос в событие, названную «Революцией Достоинства». Кстати, очень метко названную, потому достоинство - по мнению большинства активных граждан Украины - как раз и отделяет условную «Европу» от условной «России».



Какое же здесь место украинского языка? А вот как-то так естественно получилось, что движение «от России» автоматически поспособствовал росту положительного имиджа украинского языка в частности и украинской идентичности в целом. И в некоторых политиков возникла радостная эйфория: а давайте «под шумок» сделаем то, что давно мечтали: запретим все российское, снесем все советское - и общество изменится необратимо!

Но на самом деле большинство из нас, граждан Украины, «учились по советским букварям». Простая, механическая смена языка, на котором они будут смотреть новости или покупать в супермаркете пиво, не изменит их фактически советского сознания.



Дело в том, что в мире существуют не только украинский и русский языки. Более того, каждый язык влечет за собой определенное мировоззрение. Так сложилось, что в постсоветское время, скажем, русский и эстонский языки несут совершенно разные мировоззрения, а русский и украинский - не вполне. То есть мировоззрение мужиков, которые под водочку ремонтируют старый «Жигуль» в гаражах у спального района - он вообще такой же, хотя эти гаражи могут быть на окраине украиноязычного Луцка, а могут - на окраине русскоязычного Новосибирска. Так, в части политики взгляды будут разные. Но в остальном - эти люди смогли бы с легкостью найти общий язык.

Украинский язык синхронизирован с русским, наше мировоззрение растворено в общем постсоветском - со всеми этими маршрутками, электричками, ЖЭКами, водоканалами и гаражными кооперативами. Русский язык - даже если радикально ограничить русскоязычное телевидение и прессу - все равно останется «окном в мир» для украинцев. Просто потому, что на нем значительно больший объем информации. Поэтому проще и нужнее, что можно сделать - наряду с развитием украинского последовательно и активно увеличивать уровень владения иностранными языками, в первую очередь - английским, во вторую - немецким, французским, испанским, в третью - языками соседей-европейцев: польским, чешским, словацким, венгерским, румынским. Кроме украинского, гражданин с первых лет жизни должен усваивать английский - иначе единственным мировым языком для общества останется русский.



В идеале 10-летняя девочка из села в Сумской области должна искать информацию для реферата в англоязычной Википедии, а не в русскоязычной, как сейчас. Это - самый надежный залог отрыва от «русского мира», слома «железного занавеса», которая до сих пор отделяет нас от остальной Европы. Что же нам предлагают сейчас? А предлагают вообще запретить фильмы на языке оригинала с субтитрами на телевидении. Тогда как англоязычные фильмы с субтитрами на государственном языке - это как раз успешный опыт стран Балтии, где новые постсоветские поколения таким образом приучались к английскому языку. Поэтому сейчас с молодым эстонцем легче объясниться на английском, чем на русском, а заявления Задорнова или Жириновского для эстонцев мало интересны - подавляющее большинство просто не интересуется этими персонажами.

Главная задача для Украины - это не заменить табличку «колхоз» на «колгосп», а перейти с советских мировоззренческих рельсов на евроатлантические, вернуться в мир, где русский язык просто не воспринимают как основной источник знаний, а Россию - как центр Вселенной. И вот когда в волынском селе мне не говорить что-то типа «наши ребята ездят на заработки и в Киев, и в Москву, и за границу», тогда «русский мир» останется только как историческое воспоминание украиноязычных советских букварей.