Казус блохи

18 июня 2015, 08:00
Является ли блоха врагом собаки?

В последнее время среди политических сканеров наблюдателей, к которым, наверное, принадлежу и я, получила распространение точка зрения на один из оперативных аспектов рашковской власти, что та в надежде на поддержание режима перманентной мобилизации не просто назначает себе врага, но и регулярно оборачивает его функцию с внешней на внутреннюю, и наоборот.

Причём враг здесь не метафора, а строго конкретное обозначение другого в терминах Карла Шмитта.

То есть нечто тебе подобное с противоположной валентностью, противоположность которого невозможно снять ни экономической, ни какой другой сделкой .

Легко заметить, что понятие врага , впрочем, определяемого им по остаточному принципу, и есть тот самый моторчик политического, на котором он фокусирует внимание, по дороге вводя понятийный аппарат в качестве инструментов, которыми, в свою очередь, сегодня весьма удобно пользоваться.

Следует заметить также, что К. Шмитт не является, что называется , нашим современником , а это значит, что в его высказывании с необходимостью присутствует некая аутентичность , то есть достаточный пакет энтимем, требующих отдельной актуализации.

Почему?

Потому что без этой последней операции, тот или иной дискурс прошлого невозможно использовать в качестве модели настоящего.

Вот как раз об этом наши уважаемые оппоненты частенько забывают, куда больше веря в конгруэнтность своей сравнительной оптики, чем реально её осознавая.

Ну, например.

Определяя врага и снимая с него те качества, которые невозможно использовать в качестве его онтологических маркеров, он тут же требует отделить политическое от государственного и, переходя дальше к общественному , выстраивает силлогическую цепочку, наполняя денотат общественного вполне конкретным содержимым .

Что это значит?

А это значит, что аксиоматика Шмитта строго институциональна и никакого другого государства кроме традиционно западного макиавеллиевского стато он не замечает.

То есть сам политический дискурс автора в понятии политического однозначно институционален.

Применима ли подобная модель к России?

Безусловно, нет.

Именно потому, что здесь государство иного типа за отсутствием как государственных, так и общественных институтов в силу отсутствия самого общества.

И я это называю казусом блохи .

Дело в том, что в постмодернистской, сетевой системной конструкции внеинституциональное назначение врага не прибавляет последнему вещности ни на миллиграмм и назначенный враг отнюдь не становится врагом, оставаясь лишь ссылкой на него.

Виртуальной, требующей ещё путешествия по назначенной директории к конечному файлу да ещё изначально размытой понтами самой власти.

Да кто ж по ней пойдёт?!

Конкретной директории вам здесь никто не раскроет даже и не ждите.

Ну, чтобы было понятно: является ли блоха врагом собаки?

Нет, врагом собаки может быть лишь другая собака, все же другие опасности, включая самые опасные всего лишь обстоятельства её персонального бытия, её личного пространства , скажем так, а, ведь шмиттовский Враг ничто, если он не публичный.

То есть, будучи адвокатом рашковской системы власти, всё же придётся отметить её главный трабл, заключающийся в крайней неэффективности управления.

Даже находясь в условии некого подобия информационного управления, которое осуществлялась советскими номенклатурными боярами в приснопамятные тридцатые прошлого века и когда враготерапия достигла своего пика и то с каким трудом власть тогда смогла остановить бурный поток ссылок, которые наполнялись уже на местах и, в конце концов, извращали ленинские нормы партийности .

Уже тогда активация системного приложения на Конфликт привело к тому, что на девять десятых всё свелось к конфликтам личным и наполнило пространство и время такой вонью, что мы её амброзию чувствуем даже сейчас.

Да, безусловно, есть масса желающих особенно среди номенклатурных сынулек енд роднулек снова восстановить ленинские нормы партийности, но для этого им придётся построить хотя бы некое подобие институтов, с помощью которых те смогли бы хоть частично воплотить мечту в жизнь, но разве они способны на это?

Да сколько угодно можно Америку назначать врагом и дальше собирать тонны папок из тысячных списков либерастов и пятоколонников никакой мобилизации не будет и в помине.

Всё это так и останется собирательной блохой для собирательной собаки до тех пор, пока Кремль не поймёт, что надо вырастить своего фюрера, как минимум, до второго Обамы, чтобы показ голой попы последнему поимело хоть какой-то эффект.

А так

Каждая подобная ситуация всего лишь неудобство и не более того, а многие даже утверждают, что польза: вши, ведь, это не только подлые кровососы, но и массаж вот почему в российских деревнях практически не было лысых, а лобки так, в конце концов, так и не облысели.

Многие, кстати, ценят.

Казус блохи, он самый: назначай - не назначай врага , но почему к нему со стороны прийти сегодня, увы, никак не может, и на Кремлёвской голове блохи могут завестись только свои.

Именно что завестись, то есть пройти системную имманенцию.

Впрочем, на них как раз и вся ваша надежда нам-то от этого что?

Только шерсть будет гуще, поздравляем.