Белый дом обнародовал доказательства химической атаки Асада

12 апреля, 19:19
Накануне визита в Москву госсекретаря США Рекса Тиллерсона Белый дом обвинил Россию в «информационной поддержке» химических атак Башара Асада. Обвинение базируется на докладе американских разведок о химической атаке в Хан Шейхуне 4 апреля, рассекреченная версия которого опубликована во вторник вечером.

Американские разведки пришли к однозначному выводу, что 4 апреля сирийский режим применил против мирного населения нервно-паралитический газ зарин, и это — доказанный факт. Все доводы России в защиту Асада не основаны на фактах и имеют единственную цель — сбить с толку и дезориентировать общественное мнение, говорится в докладе.

Публикуем полный текст доклада «Применение химического оружия режимом Асада 4 апреля 2017 года» в русском переводе:

«Соединенные Штаты уверены, что сирийский режим осуществил атаку с применением химического оружия, нервно-паралитического газа зарин, против собственного населения в городе Хан Шейхун на севере провинции Идлиб 4 апреля 2017 года. По данным свидетелей, находившихся на месте событий, в результате атаки погибли от 50 до 100 человек, в том числе много детей, многие сотни пострадали.

Мы уверены в своей оценке, так как располагаем данными электронной и геопространственной разведки, лабораторными анализами физиологических проб, взятых у многих жертв, а также значительным массивом информации из достоверных открытых источников, который дает ясную и непротиворечивую картину. Мы не можем обнародовать все имеющиеся данные разведки об этой атаке из-за необходимости сохранить в тайне источники и методы, но далее приведем в общем виде рассекреченные данные анализа атаки, проведенного разведывательным сообществом.

Сирийский режим сохраняет способность и желание использовать химическое оружие против оппозиции, чтобы предотвратить потерю территорий, которые он считает критическими для своего выживания. По нашей оценке, Дамаск осуществил эту атаку в ответ на наступление оппозиции на севере провинции Хама, угрожавшее ключевой инфраструктуре. В планировании атаки, вероятно, принимали участие члены высшего военного командования режима.

Большой массив сообщений в про-оппозиционных социальных сетях указывает, что химическая атака началась в Хан Шейхуне в 6:55 утра по местному времени 4 апреля.

По нашей информации, химический агент был доставлен самолетами Су-22 правительственных ВВС, поднявшимися с авиабазы Шайрат. Самолеты находились поблизости от Хан Шейхуна примерно за 20 минут до появления сообщений о химической атаке и удалились вскоре после атаки. Кроме того, согласно полученной информации, персонал, исторически связанный с сирийской программой химического оружия, в конце марта находился на авиабазе Шайрат, проводя приготовления к атаке на севере Сирии. Они находились на авиабазе Шайрат и в день атаки.

За несколько часов после атаки 4 апреля поступили сотни сообщений о жертвах с симптомами, согласующимися с воздействием зарина, — пена вокруг рта и носа, мышечные конвульсии, суженные зрачки. Такой набор симптомов не согласуется с воздействием газов, раздражающих респираторные пути, — типа хлора, который режим также использовал в своих атаках, — и крайне маловероятно, чтобы такие симптомы появились от конвенционального оружия, так как на видео было большое число жертв без других видимых ранений. Сообщения открытых источников, опубликованные после атаки, свидетельствовали, что спасатели после контакта с пострадавшими также испытывали затруднение дыхания, а некоторые теряли сознание, что согласуется с вторичным воздействием нервно-паралитического вещества.

К 12:15 по местному времени появились местные видео с умершими детьми разных возрастов. Около 13:10 начали поступать сообщения о бомбардировке госпиталя, затем появились видео бомбардировки госпиталя, переполненного пострадавшими при химической атаке. 6 апреля видео коммерческой спутниковой компании (израильской ImageSat International — ред.) показало воронки от взрывов вокруг госпиталя, что согласуется с сообщениями о конвенциональной атаке на больницу после химической атаки. 4 апреля местные врачи опубликовали видео, в котором обращалось особое внимание на суженные зрачки (характерный симптом поражения нервно-паралитическим газом), медицинский персонал в защитных костюмах и применяемый в лечении атропин (антидот при поражении зарином).

Мы уверены, что оппозиция не могла сфабриковать все эти видео и прочие сообщения о химической атаке. Для этого требовалась бы сложно организованная кампания по обману множества СМИ и правозащитных организаций. Кроме того, нам удалось получить независимые подтверждения относительно времени и места съемки некоторых видео.

5 апреля ВОЗ заявила, что по данным ее анализа жертвы атаки в Сирии подверглись действию нервно-паралитических агентов, о чем говорили отсутствие физических травм и гибель от удушья. «Врачи без границ» сообщили, что их доктора, лечившие пациентов, расценили их симптомы как действие нервно-паралитического газа зарина. Последующий лабораторный анализ проб, взятых у многих пострадавших, обнаружил маркеры зарина.

Сирийский режим и его главный спонсор, Россия, стремятся дезинформировать мировое сообщество относительно истинных ответственных за применение химического оружия против сирийского народа в этой и более ранних атаках. Сначала Москва отрицала факт химической атаки в Хан Шейхуне, называя ее «провокационной фабрикацией», и заявляла, что все сообщения были сфабрикованы. Однако ясно, что сирийская оппозиция не смогла бы сфабриковать такое количество столь разнообразных видео и других сообщений как с места атаки, так и из медицинских центров Сирии и Турции, чтобы одновременно обмануть и СМИ, и разведки.

Позже Москва объявила, что выброс химических веществ был вызван ударом ВВС режима по оружейному складу террористов в восточном пригороде Хан Шейхун. Однако 4 апреля сирийские военные заявили российскому государственному ТВ, что силы режима вообще не бомбили Хан Шейхун, противореча российскому сообщению. Видео из открытого источника также показывает место падения снаряда, начиненного химическим оружием, — не на месте оружейного склада, а посреди улицы в северном квартале Хан-Шейхуна. Воронка от падения снаряда в этом месте видна на снимке коммерческой спутниковой компании, опубликованном 6 апреля.

Москва утверждает, что террористы использовали этот самый оружейный склад для производства и хранения снарядов с токсичным газом, которые они потом использовали в Ираке, — и добавляет, что применение такого оружия боевиками в Ираке подтверждается и правительством Ирака, и международными организациями. Хотя ИГИЛ, как широко признается, неоднократно использовала в боях горчичный газ (иприт — ред.), нет данных, что за данный инцидент несет ответственность ИГИЛ, либо в нем применялись химические вещества, имеющиеся у ИГИЛ.

Москва заявляет, что атака случилась между 11:30 и 12:30 часами дня, игнорируя тот факт, что первые сообщения в социальных сетях появились около 7 утра — в то время, когда, как нам известно, над Хан Шейхуном действовали ВВС режима. Кроме того, наблюдавшиеся обломки снаряда в воронке и пятна по краям воронки подтверждают, что снаряд взорвался, однако соседние здания не пострадали, как можно было ожидать от конвенционального снаряда. Причиненный вред более согласуется с применением химического оружия.

Сирийский режим уже использовал другие химические вещества для атак против населения в контролируемых оппозицией областях — в том числе, использовал горчичный газ в Алеппо в конце 2016 года. Россия утверждает, что на видео от 4 апреля у жертв видны те же симптомы отравления, что и у жертв атаки в Алеппо прошлой осенью, — откуда следует, что в Хан Шейхуне был применен не нервно-паралитический газ, а что-то другое. Однако симптомы у жертв атаки в Хан Шейхуне 4 апреля были характерны именно для поражения нервно-паралитическим газом, — суженные зрачки, пена вокруг рта и носа, мышечные конвульсии. Все это не согласуется с горчичным газом.

Заявления России, как обычно, имеют целью отвести обвинения от режима и подорвать доверие к его противникам. Россия и Сирия, начиная с середины 2016 года, много раз обвиняли оппозицию в применении химического оружия. Но, как и российская версия атаки в Хан Шейхуне, большинство российских утверждений не подкреплялись конкретной и достоверной информацией. Например, в ноябре 2016 года высокопоставленные российские официальные лица использовали кадр широко известной химической атаки режима от 2013 года на платформах социальных сетей для иллюстрации заявления о применении химического оружия оппозицией. В мае 2016 года российские деятели использовали для аналогичного обвинения картинку из видеоигры. В октябре 2016 года Москва также заявила, что террористы применили в Алеппо хлор и белый фосфор, хотя кадры пророссийских СМИ с места событий не показывали никаких признаков применения хлора. В действительности наши разведданные в тот день показали, что ни одно из двух российских сообщений не было точным, и режим, возможно, по ошибке применил хлор против своих собственных солдат. Противоречивые и ошибочные сообщения России, очевидно, имеют целью запутать и затемнить ситуацию, чтобы помочь режиму.

Как правило, обвинения Москвы звучали, когда надо было отвлечь международное сообщество от продолжающегося использования химического оружия сирийским режимом — как в случае атаки на прошлой неделе — либо в противовес выводам следователей объединенной миссии Организации по запрету химического оружия и ООН, которые в своих отчетах в августе и октябре 2016 года подтвердили, что сирийский режим продолжал многократно применять химическое оружие спустя годы после того, как он обязался ликвидировать свой химический арсенал. Россия поставила под сомнение беспристрастность объединенной миссии, в создании которой сама принимала участие, и зашла настолько далеко, что предложила дать Асаду самому расследовать выдвинутые против него обвинения в применении химического оружия.
Реакция Москвы на атаку 4 апреля соответствует шаблону, известному по ее реакциям на другие преступления; она вбрасывает множество противоречащих друг другу версий, чтобы запутать и посеять сомнения в международном сообществе.

Наглое применение химического оружия режимом Асада неприемлемо и представляет отчетливую угрозу интересам национальной безопасности США и мирового сообщества. Использование оружия массового поражения кем бы то ни было понижает порог для других желающих следовать этим путем и повышает риск применения такого оружия против США, наших союзников и партнеров и каждого государства в мире.

США призывают мировое сообщество самым решительным образом поддержать нас в выражении недвусмысленной позиции о категорической нетерпимости такого поведения. Это критический момент — мы должны показать, что лживые уловки и фальсификации не имеют веса, что те, кто покрывает преступления союзников, делают мир более опасным, и что мы не позволим сирийскому режиму продолжать применять химическое оружие.

Мы должны помнить, что режим Асада не выполнил своих международных обязательств после его опустошительной зариновой атаки на пригород Дамаска в августе 2013 года, от которой погибли более тысячи мирных граждан, включая множество детей. Тогда режим согласился полностью демонтировать свой химический арсенал, но последняя атака, как и множество ей предшествующих, свидетельствуют, что это не было сделано. Ясно, что Сирия нарушила свои обязательства по Конвенции о химическом оружии и Хартию ООН, и никакие шумные и абсурдные заявления режима или его союзников не могут скрыть эту правду. И хотя это позор, что Россия наложила вето на многие резолюции Совета Безопасности ООН, которые могли бы исправить ситуацию, США намерены сейчас послать ясный сигнал, что мы и наши партнеры не позволим сделать мир более опасным местом из-за бесчинств режима Асада».