Кремль отказывается от отцовства химического «Франкенштейна» Сирии

31 августа, 13:50
С 1963 по 1991 года в СССР учились порядка 50 тысяч сирийцев – из них примерно 10 тысяч – в военных академиях.

В тумане, нагнанном российскими официальными лицами вокруг ситуации с химической атакой под Дамаском, прячется один простой факт: ключи от химического королевства Сирии находятся у Кремля.

Однако лидеры России не спешат продемонстрировать готовность отпереть ворота этого королевства ржавыми ключами еще советских времен.

С 1963 по 1991 года в СССР учились порядка 50 тысяч сирийцев – из них примерно 10 тысяч – в военных академиях.

В этот же период Советский Союза продал – или поставил бесплатно – Дамаску военного оборудования на сумму в 26 миллиардов долларов.

Сегодня Сирия использует МИГи, танки Т-64, ракеты «Скад», вертолеты Ми-8, системы ракетной обороны «Панцирь», субмарины «Амур» и «Калашниковы».

Несмотря на разнообразнейший арсенал оружия, Сирия проиграла войны и бои Израилю в 1967, 1973 и 1982 годах. После поражения в 1982 году Дамаск начал программу вооружения оружием массового поражения, чтобы достичь военного паритета с Израилем.

Помощь оказала и Чехословакия. С самого начала истории применения химического оружия его исходные материалы закупались в Западной Европе – у крупных брокеров Голландии, Швейцарии, Франции, Австрии и Германии. Многие из химикатов, продаваемых этими поставщиками, необходимы и для гражданских нужд.

На прошлой неделе министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский заявил прессе: «Россия продолжает настаивать, что выступает против применения химического оружия, однако нам известно, что сирийский арсенал был создан еще в годы СССР». «Это советские технологии», – добавил он.

С распадом СССР в 1991 году у нынешней Москвы появилась возможность отрицать свою ответственность.

Даже пресс-секретарь Пентагона Джордж Литтл заявил на прошлой неделе: «В распоряжении сирийского режима находится многолетний арсенал химического оружия, разработанный и организованный сирийцами».

Заявления Литтла последовали после того, как министр обороны США Чак Хейгел, как очевидно, зашел слишком далеко во время дачи показаний в Конгрессе. Отвечая на вопрос законодателей о том, как именно Сирия получила химическое оружие, он ответил: «От России».

В пятницу 6 сентября в кулуарах саммита G-20 корреспондент «Голоса Америки» Данила Гальперович задал вопрос главе президентской администрации Сергею Иванову о заявлении Хейгла. Иванов, бывший министром обороны РФ целых шесть лет, ответил, что это «бред сивой кобылы», и добавил, что до недавнего времени он возглавлял комиссию, в задачи которой входил контроль над оружием массового поражения и его нераспространением, так что он знает, о чем говорит.

Сирийская химпрограмма начала свою трансформацию, став сугубо национальной, в 1990-х годах. Однако есть и признаки того, что участие России в ней продолжалось и после распада СССР.

Немецкое издание Der Spiegel опубликовало следующую информацию о миссиях Кунцевича: «Эксперт в области химического оружия предположительно установил контакт с лидерами сирийского правящего режима и в обмен на крупные суммы денег предоставил им информацию о производстве мощного химического агента VX. По сообщениям, он также поставил 800 литров химических веществ, необходимых для получения ядовитого газа».

Деятельность Кунцевича прекратилась в 2003 году, когда он внезапно умер на борту самолета, летевшего из Дамаска в Москву.

В августе 2010 года другой генерал в отставке – Юрий Иванов – скончался при неясных обстоятельствах. Бывший заместитель директора ГРУ исчез из прибрежного сирийского города, так и не встретившись с офицерами сирийской военной разведки. Его тело было найдено в Турции через несколько дней.

В обоих случаях в прессе были озвучены предположения о том, что к этим инцидентам причастен израильский «Моссад».

Для Израиля химическое оружие в Сирии – дело очень серьезное. После того как Сирия и Ирак создали большие арсеналы химического оружия в 1980-х и 1990-х годах, израильтяне разработали систему гражданской обороны, которая может быть и самой крупной в мире: датчики, сирены и противогазы для каждого из восьми миллионов жителей страны.

Порядка 20 процентов жителей Израиля говорит по-русски. Чисто теоретически Россия могла бы использовать этот фактор для получения разведданных о сирийской программе.

И, что немаловажно, без сомнения, многие из выпускников советских военных училищ работают в Научно-исследовательском центре Сирии, отвечающем за программу химического оружия.

Президент Владимир Путин, бывший офицер КГБ, возглавляет пирамиду российской разведки. Если бы он захотел, он смог бы опубликовать список сотрудников, вовлеченных в сирийскую программу и их местоположение.

Но подход к этому вопросу в России прост: «ничего не вижу, ничего не слышу».

После того как Сикорский озвучил предложение о том, что контроль над химической программой Дамаска должен быть у России, МИД РФ заявил, что ответственность за безопасности химических арсеналов лежит исключительно на правительстве суверенной Сирии, и никакие внутренние или внешние силы не должны пытаться предотвратить выполнение этой миссии или вмешиваться в этот процесс.

На прошлой неделе на слушаниях в сенатском Комитете по международным отношениям сенатор Тим Кэйн (демократ от штата Вирджиния) подверг резкой критике политику Кремля.

«Трудно смотреть на их действия и не прийти к иному выводу, чем тот, что превалирует сегодня – что Россия выступает за использование химического оружия против гражданского населения. Нам следует при каждой возможности заставить их носить повязку за химическое оружие – как гниющий остов на шее. С тем, чтобы они наконец-то себя спросили: мы действительно хотим, чтобы в мире мы были известны как нация, выступающая за использование химоружия против гражданского населения?»

Тридцать лет назад советские ученые создали сирийского Франкенштейна. И сегодня монстр сбежал из лаборатории, а Россия – свое отцовство отрицает.