PromoPromo

Тайная школа химической войны. Томка

7 сентября, 15:26
В 1926–1927 гг. во время сотрудничества СССР и Германии, была создана Школа химической войны.

В 1926–1927 гг. во время сотрудничества СССР и Германии, была создана Школа химической войны. Она была закодирована как «объект Томка» и являлась наиболее засекреченным объектом рейхсвера в СССР.

Химическая испытательная станция изначально называлась «Вольский химический полигон». Здесь немецкими химиками проводились большие опытные работы по использованию отравляющих веществ в боевых условиях.

Их цель – определение эффективности OB в различных климатических условиях, а также способов их боевого применения (химические снаряды, разбрызгивание с переносных ручных аппаратов, самолетов и т. п.). Одновременно станция осуществляла работу по подготовке военных специалистов химической службы.

Все оборудование было доставлено из Германии, разумеется, тайно. Постоянный немецкий рабочий штаб при станции состоял приблизительно из 25 (29) человек. Кроме этого, периодически из Германии прибывали немецкие офицеры, которые, пройдя определенный срок обучения, возвращались на родину.

Главной задачей предприятия «Томка» была разработка основных условий для максимального эффекта при применении боевых отравляющих химических веществ.

OB времен Первой мировой войны были в свое время успешно использованы на практике. «В Томке мы хотели путем основательной подготовки, включением факторов, воздействующих на испытания, путем наблюдений и изменений в ходе опыта, а также путем повторных наблюдений, достичь того, чтобы каждый эксперимент становился подлинным достижением и давал нам новые знания». В «Томке» работали артиллеристы, врачи и биологи-токсикологи, химики, пиротехники и метеорологи. Все они таким образом проходили «курс повышения квалификации».

Немецкий персонал на «Томке» насчитывал в среднем около 20 человек, летом, во время проведения летных испытаний, эта цифра увеличивалась.

Начальником предприятия был доктор Людвиг фон Зихерер. Уже к декабрю 1926 г. там было проведено 40 авиаполетов, сопровождающихся разбрызгиванием ядовитых жидкостей, OB с различных высот и заражением местности. Весной 1927 г. эти опыты были повторены с разбрызгиванием иприта. И. С. Уншлихт докладывал в Политбюро ЦК ВКП(б): «…Испытания… принесли нам уже большую пользу.

Помимо того, что они дали нам неизвестный для нас ранее метод разбрызгивания, мы получили сразу весь, вполне проработанный, материал и методику войны, так как с каждым из их специалистов работал наш специалист и перенял весь их опыт на ходу. В результате этого наши специалисты, столкнувшись на практике с более высокой технической подготовкой немцев, в короткий срок научились весьма многому»

К 1929 г. школа химической войны «Томка» уже обладала солидной материальной и технической базой. Там имелось: 4 лаборатории, 2 вивария, дегазационная камера, электростанция, гараж, бараки для жилья. Немецкие расходы на содержание предприятия уже в 1929 г. достигли 1 млн рублей[180].

Начальник ВОХИМУ Я. М. Фишман и специалисты управления считали необходимым и целесообразным продолжение совместной работы с немцами и в этом же духе информировали наркомвоенмора и РВС СССР. Достаточно широкая программа совместных испытаний осуществлялась в последние годы работы «Томки».

Например, в 1932 г. предусматривалось проведение боевых опытов с ипритом, артиллерийские стрельбы химическими боеприпасами, заражение почвы отравляющими веществами, взрывание химических фугасов, испытание химических авиабомб типа «ВАП», опыты по дегазации.

В большей степени, чем СССР, в функционировании «Томки» был заинтересован рейхсвер. В самой Германии не только из-за Версальских ограничений, но и в силу ее географических и демографических условий не было возможности для проведения крупных военно-химических испытаний.

Не случайно руководство рейхсвера в ряде случаев напрямую связывало поставки в СССР некоторых видов военного снаряжения с предоставлением ему возможности продолжать опыты в «Томке».

Однако изменившиеся в 1933 г. отношения двух стран сделали невозможным дальнейшее ведение совместной работы.

Так, в частности, 27 мая 1933 г. немецкий Генштаб, анализируя ситуацию в «Томке» с момента ее открытия и до предстоящей ликвидации, резюмировал:

«Уже в предыдущие годы возникли трудности при проведении испытаний, однако не в таких масштабах, как в 1932 и даже в 1933 г. Русская сторона не заинтересована в том, чтобы мы опробовали наш прибор и приобрели соответствующий опыт, – они хотят получить лишь наши новинки (боевые вещества, приборы).

Сотрудничество в этой форме, естественно, не радует. Помимо этого, является существенной помехой для нашего интенсивного развития то, что предусмотрено проведение испытаний сменным составом всего один раз в год. Если возникнут изменения (исходя из этих испытаний) в приборах и материалах, то их проверка может произойти только через год.

Отсюда следует безусловная необходимость создания полигона в Германии, это даст возможность проводить испытания в любое время в ограниченных масштабах. Для опытов в больших масштабах можно рассматривать прежде всего заграницу, если уж не Россию, то, возможно, другую страну, которая не выдвигает подобных осложнений. При выборе подходящего полигона в Германии должны быть предусмотрены возможности его расширения»

Уже несколько дней спустя немецкий Генштаб информировал военного атташе в Москве: «Красная Армия через своего военного атташе в Берлине 30.05 сообщила, что «наши испытания в “Томке” в 1933 г. вопреки имевшим место сообщениям… не состоятся». Поэтому испытания в “Томке” в этом году отменяются окончательно.

Едва ли следует ожидать, что в последующие годы испытания в “Томке” будут продолжены; полная ликвидация испытательной станции в “Томке” неизбежна».

Немецкая сторона детально фиксировала и стадии демонтажа этого сложнейшего объекта.

Весной 1932 г. мы тщетно ожидали повторного вызова в командировку на восток. Из-за политической ситуации в нашей стране Советский Союз вначале занял выжидательную позицию.

Окончательный отказ от продолжения сотрудничества СССР сообщил нам через немецкого посла только в начале 1933 г. Срочно была сформирована команда по демонтажу, которая в июне приступила к поездке туда, где мы в жару и холод кропотливо работали в условиях опасности в течение 4 лет, но где наше сердце привязалось к непривычной красоте ландшафта и, конечно, не в последнюю очередь к мужественным крестьянским парням, которые никогда нас не бросали».

Демонтаж означал:

1) отправку матчасти, главным образом, самолетов, в Германию;

2) составление отчетов о движимом и недвижимом имуществе для переговоров;

3) удаление из хранилищ и последующее уничтожение OB;

4) передача остающегося в “Томке” оборудования советскому коменданту.

Помимо жилых и хозяйственных зданий были оставлены 4 немецкие легкие полевые гаубицы, автопарк со складом запасных частей, электромоторы, ангар для самолетов (палаточный), защитная одежда, включая газовые маски, кислородные приборы.