Саудовская Аравия может спасти мировую нефтяную промышленность

6 апреля, 11:51
Пришло время для кристально чистого ультиматума "бери или уходи". Если это не сработает, цены на нефть упадут до однозначных цифр.

Мировая нефтяная промышленность стоит на коленях. Без действий со стороны производителей по сокращению предложения ситуация станет намного хуже, поскольку в мире не хватает мест для хранения сырой нефти, выкачанной из земли, которая никому не нужна. Большое сокращение производства может задержать достижение этой критической точки, возможно, на достаточно долгое время, чтобы спрос снова начал расти. Но этого не произойдет, пока каждый не сыграет свою роль.

Нефтяной рынок сильно встрепенулся из-за твита президента Дональда Трампа в четверг о том, что Саудовская Аравия и Россия договорились сократить добычу. Но из последующих комментариев Эр-Рияда и Москвы совершенно ясно, что никто не обещал никаких таких сокращений - ни на 15 миллионов баррелей, ни на 10 миллионов, ни вообще на что-либо. На самом деле лидеры России и Саудовской Аравии даже не разговаривали друг с другом. Возможно, Трамп просто получал свои утки - создавая вымышленное обещание сокращения, которое не материализуется, что даст ему повод воскресить свою личность тарифного человека и ударить пошлинами на импорт их нефти в США.

Но ясно, что что-то изменилось, даже если это только в тоне. Саудовская Аравия сейчас дерзко добивается глобальной сделки по сокращению добычи нефти, причем не только с Организацией стран-экспортеров нефти, но и с расширенной коалицией ОПЕК+, в которую входит Россия. Он сделал это, призвав к "срочной встрече“, направленной ”на достижение справедливого соглашения о восстановлении желаемого баланса нефтяных рынков“ между группой ОПЕК+ и другими странами.

Этот последний момент имеет решающее значение. Королевство во главе с наследным принцем Мухаммедом бен Салманом болезненно ясно дает понять, что жертва должна быть разделена, иначе Саудовская Аравия вообще не примет в ней участия. Здесь не может быть альтернативы.

Эту тактику страна использовала и раньше, и нынешний резкий скачок цен на нефть показывает, что она сдержала свое слово. Королевство было движущей силой сокращения, предложенного на мартовской встрече министров нефти стран ОПЕК+. Но тогда он сказал, как и сейчас, что сделает их только в том случае, если к ним присоединятся и другие. Единственное, что изменилось за последний месяц, - это то, что “другие” теперь стали еще большей группой, которая должна включать в себя всех крупных мировых производителей нефти.

Кому Нужно Резать

Список стран, перекачивающих более полумиллиона баррелей нефти в день, показывает, от кого Саудовская Аравия может ожидать сокращения добычи

Источник: BP Statistical Review of World Energy

На виртуальном совещании нефтедобытчиков, которое теперь условно перенесено на четверг с понедельника, он должен дать своим коллегам — в том числе и тем, кто не появляется там — четкий бинарный выбор и недвусмысленный ультиматум. Либо они соглашаются на строгие, принудительные, видимые ограничения добычи для всех, и Саудовская Аравия присоединится к ним, сократив свою собственную добычу, скажем, до 8,5 миллиона баррелей в день (я выбрал эту цифру из воздуха), или Саудовская Аравия должна дать понять, что она будет продолжать прокачивать 12,3 миллиона баррелей в день, что приведет к падению цен до однозначных цифр, чтобы вытеснить конкурентов с рынка.

Королевство может даже пойти так далеко, что включит в список все страны, которые ему потребуются для участия. На приведенной выше диаграмме показано, кто может быть в этом списке. Наряду с США и странами ОПЕК+ он включает Канаду, Китай, Бразилию, Катар, Норвегию и Великобританию, каждая из которых прокачивает более 1 миллиона баррелей в день.

Конечно, есть препятствия, которые нужно преодолеть. Некоторые из них, возможно, будут более охотно участвовать в этом процессе, чем другие. Но альтернатива нанесет гораздо больший ущерб нефтяной промышленности стран из этого списка, чем Саудовской Аравии. И такой обвал цен может произойти в любом случае, если сокращение не будет достаточно большим или будет отложено.

Я знаю, что многие люди утверждают, что Саудовская Аравия нуждается в более высоких ценах на нефть, чем сланцевые производители, чтобы финансировать свой бюджет. Но я никогда не был большим поклонником использования бюджетных безубыточных цен для определения относительной боли, которую испытали бы производители нефти. Бюджеты в определенной степени отражают ценовые ожидания. Если вы ожидаете, что нефть будет стоить 60 долларов за баррель, скажем, вы составляете бюджет, исходя из уровня дохода, который это подразумевает. Если эта цена не будет достигнута, вы можете сократить расходы, использовать резервы или заимствовать — все варианты, которые остаются открытыми для Саудовской Аравии.

Запасы саудовской нефти упали на 175 миллионов баррелей с 2015 года

Однако королевство столкнется с той же проблемой хранения, что и все остальные. Не должно остаться незамеченным, что Саудовская Аравия заявила, что увеличит экспорт в мае до 10,6 миллиона баррелей в день, потому что ее собственные нефтеперерабатывающие заводы не хотят столько нефти из-за падения спроса. Переработчики в других местах тоже могут не захотеть этого. Саудовской Аравии, вероятно, придется восстанавливать свои собственные запасы, которые она сократила за последние четыре года, но у нее есть более чем в два раза больше возможностей для этого, чем имеется в стратегическом нефтяном резерве США.

Наконец, Саудовская Аравия должна четко дать понять, что это краткосрочное решение, выработанное для чрезвычайной ситуации. Она должна избегать искушения увязать любую сделку с долгосрочной инициативой по управлению поставками. Все, что пахнет расширением в ОПЕК+, не будет дружить с США или другими странами. Это не ОПЕК++. Это должно быть ограниченное по времени, одноразовое решение экстремальной ситуации, с которой сталкивается мировая нефтяная промышленность в результате того, что мир блокируется для борьбы с вирусом Covid-19. Как только все снова встанет на свои места — а так оно и будет — Саудовская Аравия вернется к обычному бизнесу и вернется к стремительной борьбе за долю рынка.