За марлевым занавесом

20 июля, 16:08
Сегодня утром на променаде одного знаменитого европейского курорта случилось неожиданное: я услышал русскую речь. Это было столь волшебно, что и ее носители опешили: кто-то их опознал. Но чуда не явилось, мы понимающе улыбнулись друг другу: соотечественники, по Германии...

Эта ситуация словно вернула меня на 30 лет в прошлое. Тогда в любой европейской метрополии русская речь вызывала удивление и восторг. Еще бы, ведь только что упал Железный занавес - и редкие туристы из СССР понесли на Запад тончайший ручеёк поэтического русского мата. Как это было умилительно!

Теперь вместо Железного повис Марлевый занавес. Особенность в том, что стерегут его с обеих сторон. От русской речи в тех местах, где еще год назад она бурлила и пенилась, теперь опасливо шарахаются: без маски? из России? как это тревожно!..

Российские же власти со своей стороны делают все возможное, чтоб возвращение российских туристов в Европу началось как можно позже: каждый невылетевший чартер экономит российской казне большую сумму валюты. А она теперь стала снова на вес золота, в прямом и переносном смысле. В прошлом квартале РФ вынуждена была продать более 65 тонн золота и эта продажа принесла стране больше валюты, чем весь экспортированный за квартал газ.

Если во втором полугодии нефть, газ, металлы, лес, уголь и удобрения не скатятся в зону так называемой отрицательной доходности, Россия в 2020 сумеет лишь свести концы с концами, не "ныряя под камень" за валютой. 250 миллиардов долларов получит и примерно столько же потратит.

Но это при одном условии: что Москве удастся удержать россиян летом и на Новый год в пределах границ страны.

Потому что в прошлом году российские туристы потратили заграницей 34, 5 миллиарда долларов. Эту цифру приводит Всемирная туристическая организация ООН (UNWTO).

В этом году у России нет финансовых возможностей обеспечить выезжающих валютой в тех же размерах, не залезая в долги или в резервы.

Однако, как выяснилось, за 30 лет после падения Железного занавеса россияне многому научились, но и не растеряли советских навыков лихо обходить госпрепятствия.

Формально возможности купить тур в Турцию или другую отдыхательную юрисдикцию россияне пока лишены.

Тем не менее, подпольно они уже достаточно активно ездят на турецкие курорты, а также на пляжи Албании и Египта через Белоруссию. Как пишет Ъ, для отправляющихся через Минск в Турцию сейчас действуют даже отдельные автобусные маршруты. Спрос на выезд через территорию Белоруссии подтверждают и данные поисковых систем. Согласно расчетам Aviasales, с 1 по 16 июля число поисковых запросов на билеты из Минска в Турцию выросло в 2,5 раза относительно аналогичного периода прошлого года.

И все же эти хитрые маршруты - лишь капля в высохшем море российского туризма в Европе. Ведь та же Турция приняла в прошлом году 7 миллионов гостей из России, большая их часть прилетела в летние месяцы.

Тем не менее дело не в огромности цифр, это все же горькая, но статистика, а в сотнях тысяч больших и маленьких трагедий разделенных семей, пар, дружб, компаний, бизнесов. С 2014 года я слышал от приятелей-россиян миф "о последнем самолете из Москвы, на который всегда можно успеть". Жизнь оказалась хитрее мифов: тому самому легендарному самолету запретили не только взлет, но и посадку. С открытой визой, с видом на жительство и даже с иностранным паспортом российскому космополиту очень трудно покинуть Россию не по железным запретам властей, а из-за мягких марлевых препятствий к отъезду: гражданские семьи без иностранных преференций въезда, умирающие бизнесы, которые не спасти удаленным доступом, работа на госкомпании, обязательства, долги и наконец просто страх нищеты-бездомности.

В таком мучительном положении оказались не тысячи, а сотни тысяч людей, как правило, знающих толк в жизни и работе, облетевших весь достойный внимания мир - и остановленных на скаку. Моё сочувствие, понимание и симпатия на стороне этих остановленных, попавших "в ножницы" бесшумной мировой войны и страдающих в информационном вакууме.

И правда, о тяготах отлученных от Запада россиян писать не принято. За 30 лет после Перестройки выросло несколько поколений людей, для которых "мне в Париж по делу" звучит отнюдь не анекдотично. Но именно для них Марлевый занавес оказался едва ли не прочнее Железного.