Китай всю свою историю балансирует между двумя проблемами

16 октября, 18:54
Нобелевский лауреат по экономике Ангус Дитон в своей книге «Великий побег. Здоровье, богатство и истоки неравенства» пишет о том, что Китай всю свою историю балансирует между двумя проблемами, которые ведут к разрушению этого государства.

Первая – это открытость миру. Если её мало – Китай стагнирует в своей «капсуле», если её много – Китай разрушается под напором иностранных государств. Вторая – система управления государства бюрократией. Если чиновничество монополизирует власть – то страна сначала погружается в ужасающую коррупцию, а затем приходит к восстанию. Если отпускает власть – страна разрушается. И сегодня Китайская компартия балансирует эти две проблемы, не давая им качнуться в одну или другую сторону.

Дитон приводит пример:
«Последняя династия, маньчжурская Цин, конфисковавшая и перераспределившая обширные минские поместья среди императорских кланов и других своих последователей, погрязла в охватившей всю страну коррупции. Чиновники скрывали растраты и оформляли хищения приписками и вымышленными задолженностями; преувеличивали размах природных бедствий, требовавших освобождения от налогов; объявляли свои собственные земли бесплодными; авансом взимали налоги у богачей, присваивали деньги, а затем переводили долги на простолюдинов; переводили земли в другую категорию, но взимали налоги по обычной ставке, кладя разницу себе в карман, а также не выдавали расписок или выдавали поддельные.

Помещики и вышедшие в отставку чиновники вовсе не платили налоги, действующие чиновники и распорядители перекладывали бремя налогов на простолюдинов в обмен на долю дохода. И, наконец, земельные участки регистрировали на сотни фальшивых имен, что затрудняло взимание недоимок и долгов. Коррупция среди высокопоставленных чиновников стала обычным механизмом накопления богатства, и чем выше занимал положение чиновник, тем быстрее он обогащался. Согласно некоторым оценкам, средний доход чиновников превышал их официальный, установленный законом доход в форме зарплаты и привилегий в десятки раз; в случае с наместником-правителем – в сотни раз, а в случае Хешэня (1750–1799), канцлера при дворе Цин во второй половине XVIII века, – в 400.000 раз.
Для борьбы с коррупцией использовались казни и конфискации имущества.

В современном Китае наблюдается на удивление схожая картина. Будучи членом Постоянного комитета Политбюро, Чжоу Юнкан присвоил 326 объектов собственности по всему Китаю общей стоимостью в 1,76 миллиарда долларов в дополнение к 6 миллиардам долларов на банковском счёте, принадлежавшим ему и членам его семьи, а также ценным бумагам на 8,24 миллиарда долларов. Когда его арестовали в декабре 2014 года, в различных его резиденциях были обнаружены иностранные банкноты на сумму 300 миллионов долларов, а также большое количество золотых драгоценностей.

Общее состояние вполне могло бы поставить Чжоу на 55-е место в списке Forbes 2015 года, но это не значит, что менее высокопоставленные чиновники и государственные лица не стремились урвать свою долю. В особняке одного генерала обнаружили целую тонну драгоценностей, и даже довольно заурядный поставщик воды в курортном городе, где отдыхали представители партийной элиты, умудрился пробрести недвижимость общей стоимостью свыше 180 миллионов долларов».