Петровская реформа: латинизация Московии

Если более пристально взглянуть на процесс петровской реформы Московии, то во многом этот процесс можно охарактеризовать как создание многослойной подделки - фейка под целый ряд традиций, народов и культур.

В результате петровских преобразований не появилась “новая армия”, а появилась пародия на шведскую, практически полностью укомплектованная разного рода офицерами наемниками иностранцами. 

“Новый флот” был настолько новый для Московии, что в нем не было кораблей “отечественного” производства. Собственно отсюда и голландские флаги, которые стали в последствии российско-имперскими.

Новое государственное управление, по голландским и британским канонам.

Новая просвещенная Руськая церковь взамен старообрядческой московской, ну а с ней, конечно, и новый руський язык.

Тут надо отметить, что Петр действительно очень грамотно закончил начатые Никоном преобразования дремучей окраины мира - Москвы, в пародию на образованную Русь.

Даже несмотря на то, что культурными инновациями Москвы сплошь и рядом оказались заимствования из Киева, особенно разобраться в этом и понять сей факт не смог никто.

Да и, впрочем, кому оно надо было?

Насаждаемый на Московии новый, чуждый ей европейский порядок позволял не только перевоспитать общество, но и внушить ему новую концепцию руського единства.

Преобразуя Московию, или делая подделку под Русь, Петр действительно создал все предпосылки для того, чтобы утверждать, что Русь и Москва - единоверцы.

Языковая политика Петра стала органической частью всего этого процесса преобразования, а руський язык взятый на Московии за основу для имперского новояза в полной мере воплощает новые амбиции власти.

Наиболее наглядным образом социальное задание петровской языковой политики выразилось в отказе от официальной церковно-славянский московской азбуки, в пользу гражданского новояза, в основу которого лег руський язык. 

При чем, что крайне важна, реформа не была бы столь эффективной, не проводи церковь вывоз мозгов, зачистку оригиналов руських (украинских) книг и запрет печатания новых.

Так в 1649 году окольничий царя Ф.М. Ртищев привёз в Андреевский монастырь около тридцати монахов Киево-Печерской Лавры и других украинских монастырей и организовал там школу для перевода на украинский иностранных книг, а также для обучения древним языкам.

В 1689 году Киево-Печерской Лавре было категорически запрещено, печатать книги без патриаршего разрешения:

“К нам первее неприслав, отнюдь бы вам не дерзать таковых книг новослагаемых печатать”...

В 1690 году анафеме были преданы все новые киевские книги П. Могилы, К. Ставровецкого, С. Полоцкого, Барановича, А. Радзивиловського.

В 1693 году письмом патриарха Московского в Киево-Печерской Лавры категорически запретили печать любых книг на руськом - украинском языке.

В 1709 году Петр I заставил сократить число студентов Киево-Могилянской академии с 2000 до 161, а лучшим научно-просветительским силам велел перебраться из Киева в Москву.

Среди них были Иннокентий Гизель, Иоанникий Галятовский, Лазарь Баранович, Дмитрий Ростовский (Туптало), Стефан Яворский, Феофан Прокопович, Симеон Полоцкий и многие другие.

Именно они сыграли главную роль в развитии культурной жизни тогдашней Московии.

20 декабря 1720 Петр I издал указ киевскому губернскому князю Голицыну, чтобы: 

“Во всех монастырях, остающихся в Российского государства, осмотреть и забрать древние жалованные грамоты и другие куртиозные письма оригинальные, а также книги исторические, рукописные и печатные”.

Книги, как вы догадываетесь, все эти сожгли.

Это к тому, почему сегодня нет достаточного количества первоисточников и лишь ряд учебников, на которых выросла Москва в Россию все еще напоминает об украинских корнях русского языка.

Но вернемся к языковой реформе Петра.

Основными учебниками руського для Москвы стали “Грамматика” Мелетия Смотрицкого и “Грамматіка словенска” Лаврентия Зизания.

Надо отдать должное Петру он начал уходить от монополии церкви в образовании, создавая русский гражданский новояз.

Разделение алфавита на церковный и гражданский накладывало противопоставление светского и духовного на все печатные тексты, и эта оппозиция текстов создавала новую схему для противопоставления церковнославянского и руського языков.

Сама инициатива введения гражданского шрифта принадлежит Петру, и вся подготовка к этому предприятию проходит под непосредственным его наблюдением. 

Петром же была определена и сфера применения новой азбуки, т.е. та область, которая выделялась в качестве владения новой культуры. 

На первом издании “Азбуки” 29 января 1710 г. рукою Петра написано:

"Сими литеры печатать исторические и манифактурныя книги. А которыя подчернены (зачёркнутые), тех (в) вышеписанных книгах не употреблять".

Этот указ, очевидно, может рассматриваться как окончательное оформление предшествующего решения. 

Ещё 1 января 1708 г. Пётр указывал, чтобы новыми: "азбуками напечатать книгу геометрию на руском языке, которая прислана из военного походу и иные гражданские книги печатать теми ж новыми азбуками". 

Петр разделил язык. При нем светские книги стали печататься особым гражданским шрифтом, а духовные книги остались на церковнославянском. 

Русский новояз Петра и гражданский шрифт стали основой новой культуры секуляризованной, как это смешно не прозвучит: латинизированной государственности.

Петр не просто изменил начертание букв - он сделал их латинскими!

Вообще тенденция к латинизации (и как следствие просвещению) была видна во всем.

Петр бежал от идеологической парадигмы Москвы Третьего Рима к новой ее латинизированной версии - Санкт Петербурга - Второго Рима.

Так Петр переместил столицу империи с болот Москвы, на болота Ниена, а сам город Санкт Петербург назвал вовсе не в свою честь, а в честь святого Петра - хранителя Рима.

Собственно поэтому, удивляться тому, что в при реформе азбуки изменился не только состав букв, но и их начертание смысла нет.

Создание новой русской азбуки привело к расподоблению украинского (руського) алфавита и алфавита греческого.

Изменение формы букв в гражданском алфавите, ориентация на латинский шрифт побуждает Петра при первоначальном сокращении алфавита выбрать из пар омофоничных букв те буквы, которые соответствуют латинскому алфавиту: i (а не и), s (а не з).

Это изменение, выступает как противопоставление эллинофильской ориентации, которая была свойственна мракобесному по сути Третьему Риму.

Петра отказывался от православного "греческого" благочестия в форме, но сохранял суть.

Новую Империю он назвал не оригинальным названием позаимствованным у Украины, не Русью, а его греческим вариантом перевода: Россией.

Тем самым он сохранил верность греческим формам в языке, а также восточному православию в вере. 

Тем не менее, на этом грекофильская ориентация Петра заканчивается. 

Азбучная реформа вытесняет "клерикальные" церковно-славянские буквы изгоняются из светской азбуки, а на их место приходят светские, гражданские, секулярные латинские.

Латинофильская ориентация Петра и его приверженцев, пренебрежительное отношению к традиционной московской культуре и его ориентация на Запад, не могла не породить конфликта с пораженной вирусом имперской шизофрении выросшей на грекофильской ориентации церковной культуры Москвы. Тем не менее, к значимым протестам это не привело. Петр рубил головы всем кто не разделял его намерения и цели, иногда даже сам.

Наверное поэтому в близком окружении Петра практически и не было московитов.

У них не сросталась связь с новой латинской языковой традицией, как и вообще с культурной политикой Петра - его "западничеством" и его ненавистью к дремучей московской отсталости.

Латинский подтекст в создаваемой культуре связывал преобразованную Москву не столько с христианским Константинополем, сколько с императорским Римом. 

Россия должна была стать продолжательницей императорского Рима, его военной славы и вселенского могущества. 

Впервые новый гражданский шрифта был использован в надписях на триумфальных воротах, построенных для въезда Петра в Москву 9 ноября 1703 года.

Студенты славяно-греко-латинской академии "положили надписи руськими словами по виду начертания латинскаго характера".

Латинская форма руських букв соответствовала римскому оформлению всего торжества. Новая Россия становилось продолжателем традиций императорского Рима.

Его преемницей, а новое "российское гражданское наречие" - языком новой имперской культуры, которая - вместе с культурами западноевропейскими - вырастает из античной образованности и отвергает варварскую религиозность "тёмных веков" Московии. 

Ордынская Москва отмирала, уходила в прошлое, вместе со всеми своими преступлениями, а на ее месте вырастала новая страна, с новой историй и новой официальной секулярной культурой.

Традиционная мракобесная клерикальная культура вместе со старым шрифтом и оттеснялась на периферию под весом секулярного просвещения.

Итак, устроение нового языка новой страны Петр начал с создания нового гражданского языка и шрифта, причём орфография фактически стала зеркалом культуры. 

Противопоставление старой и новой орфографии устанавливает то семиотическое разграничение культурных сфер, которое кладётся в основу функционального распределения устаревшего клерикального церковнославянского и нового секулярного литературного языка. 

Оппозиция двух языков входит в единый комплекс с оппозицией церковного и гражданского шрифта и соотносится тем самым с целым рядом взаимосвязанных культурных противопоставлений: отсталого невежественного московского церковного и новой латинской образованности.

На Московии наступает эпоха римско-европейского просвещения, светской (секулярной) культуры, с сопутствующим принижение роли и места церкви, и ростом роли светского правителя Империи.

Как вы можете обратить внимание, проводя аналогию с реформами Петра, современная реформа Путина - более всего выражается в клерикализации российского общества. И хотя проходит она под эгидой возвращения к древним традициям, фактически привела к росту шовинизма, ксенофобии, антизападными выступлениями, и как следствие невежества.

Реально создается впечатление, что Московия, словно перегруженный излишним “культурным наследием” космический корабль, не смогла набрать высоту и завершает свой путь к звездам падением и последующей катастрофой.

Но, это с точки зрения просвещенного западного - латинского мира.

С точки зрения восточной традиционной культуры, возвращение в первобытную свою форму наоборот страну укрепляет и создает новый плацдарм для наступления на отвратительный ей просвещенный, прогрессивный мир.