МИД КНР обратился к теме ударов по Ирану семь раз — в двух официальных заявлениях и пяти отчетах о телефонных разговорах министра иностранных дел Ван И с коллегами из России, Омана, Ирана, Франции и Израиля. Слово «осуждение» появилось лишь однажды — в заявлении, посвященном убийству верховного лидера Ирана Али Хаменеи. Ни в первом официальном ответе на атаку, ни в пяти последующих переговорах Ван И его не было.
Первое заявление Пекина формулировало позицию осторожно: Китай «крайне обеспокоен» ударами и призывает «уважать» суверенитет Ирана. В оригинальном китайском тексте использовано слово «应当» — «следует», а не «必须» — «должны». Разница в иерархии дипломатического языка принципиальная.
Контраст с другими случаями очевиден. Когда 3 января США нанесли удар по Венесуэле, Пекин отреагировал немедленно и жестко: «глубоко потрясен», «решительно осуждает», «гегемонистские действия». Ничего подобного в случае с Ираном не прозвучало.
5 марта замминистра иностранных дел КНР Мяо Дэюй посетил посольство Ирана в Пекине и выразил официальные соболезнования в связи с гибелью Хаменеи. Си Цзиньпин личных соболезнований не направил.
