25 ноября 2025, 19:01
Московская элита, сидя в ресторанах на Патриарших, совершает фатальную ошибку. Они думают, что война — это где-то там, в телевизоре и в грязных окопах, куда они отправили «лишних людей» из колоний, откупившись от них деньгами.
Но некрополитика имеет свойство разъедать контейнер, в котором ее хранят.
Социальная мутация: «Новая Элита» с кувалдой
Владимир Путин в послании Федеральному собранию открыто объявил о смене элит:
«Слово "элита" во многом дискредитировало себя... Подлинная, настоящая элита — это все, кто служит России, труженики и воины».
На практике это означает, что «Герой СВО» становится новым дворянином (опричником).
В эту касту попадают:
Вчерашние зэки, получившие помилование через убийство.
Люди с тяжелым ПТСР, чья психика деформирована насилием.
Те, кто почувствовал вкус абсолютной власти человека с ружьем над безоружным гражданским.
Мутация общества: Закон перестает действовать. Если «ветеран» совершает преступление (бьет жену, убивает соседа, громит ресторан), полиция и суды пасуют. Ведь судить «героя» — это «дискредитация армии».
В Россию возвращается право сильного. Кувалда Пригожина стала не просто символом казни предателей, она стала символом нового правосудия.
Синдром «Окопной Правды»: Ненависть к сытым
Здесь в игру вступает классовая и географическая ненависть, которую режим сам и разжигал.
Возвращающиеся с фронта видят диссонанс:
Там — грязь, кишки и смерть «за Родину».
Здесь (особенно в Москве) — латте, электросамокаты и беззаботная жизнь.
Пропагандисты, вроде Владимира Соловьева, уже готовят почву для внутреннего террора, постоянно нападая на «зажравшуюся Москву» и «либеральную гниль»:
«Хватит вилять бедрами в ночных клубах! Страна воюет!»
Прогноз: «Новые опричники» начнут требовать «уважения» и доли пирога силой. Мы увидим рейдерские захваты бизнеса, террор в отношении интеллигенции и просто богатых людей под лозунгами «очищения тыла». Это будет раскулачивание 2.0, но не комиссарами, а контуженными ветеранами, которые чувствуют себя обманутыми.
Эпидемия насилия: Война приходит домой
Когда власть говорит, что жизнь имеет нулевую ценность, это правило начинает работать и в мирных городах.
Домашнее насилие: Станет нормой. Женщины, которые отправляли мужей ради выплат, получат обратно агрессоров, уверенных в своем праве убивать.
Уличная преступность: Оружия на руках колоссальное количество. Гранату купить проще, чем бутылку хорошего вина.
Дегуманизация: Школьные «Разговоры о важном» и пропаганда приучили общество, что врага можно и нужно уничтожать. Но кто «враг» — теперь будет решать каждый сам на бытовом уровне. Не так посмотрел? Враг. Сделал замечание? Предатель.
Месть Колоний Метрополии
Самый страшный сценарий для Москвы — это когда «пояс смерти» (регионы-доноры пушечного мяса) осознает, кто именно является архитектором их горя.
Национальные республики и депрессивные русские области, накачанные оружием и людьми с боевым опытом, могут развернуть штыки.
Идеология «Третьего Рима» может рухнуть под тяжестью вопроса: «Почему мы умираем, а Москва живет?»
Империя, державшаяся на штыках, рискует напороться на эти самые штыки. Как писали классики революции: «Империалистическая война превращается в войну гражданскую». Только на этот раз это будет война всех против всех.
Самоликвидация
Некрополитики-ретрограды запустили механизм самоуничтожения.
Они хотели величия — получили изоляцию.
Они хотели духовности — получили культ смерти и сатанинскую злобу.
Они хотели «закрыть историю» (по Дугину) — и они ее закроют. Но не для мира, а для российской государственности в ее нынешнем виде.
Москва хотела управлять смертью, но смерть нельзя приручить. Она, как разлившаяся ртуть, отравит всё: от школьного класса до кабинета в Кремле. Они строили «Ковчег спасения», а построили «Титаник», на котором капитан лично пробивает айсбергами борта, уверяя пассажиров, что тонуть — это свято.