4 марта, 23:05
4 марта 2026 года Путин подписал указ № 139 — штатная численность Вооружённых сил России устанавливается в 2 391 770 единиц, из которых 1 502 640 составляют военнослужащие. Это не новость о военном планировании. Это финансовый приговор стране, которую двенадцать лет методично раздевают ради войны.
В 2008 году, до реформы Сердюкова, армия насчитывала более миллиона человек. Реформа её сократила — к 2014-му осталось 766 тысяч. Затем началась война, и маятник пошёл в обратную сторону. Сегодня армия снова перевалила за полтора миллиона — но это уже не советский призывной балласт, а машина, заточенная под конкретную войну и требующая конкретных денег.
Военный бюджет в 2013 году, на пике предвоенного наращивания, составлял $88 миллиардов — больше, чем у любой другой европейской страны. В 2014-м, когда Москва захватила Крым, — $69 миллиардов. Затем рубль обвалился под санкциями, и долларовый эквивалент просел до $43–56 миллиардов в 2015–2020 годах. Ненадолго — потому что в 2022-м началось полномасштабное вторжение. В 2022-м — $65 миллиардов. В 2023-м — $71 миллиард. В 2024-м — $145 миллиардов, рекорд. В 2025-м — $185 миллиардов: 39 процентов всего федерального бюджета страны, треть которого засекречена.
Арифметика войны безжалостна. По расчётам Банка Финляндии, применявшего методологию SIPRI к официальным бюджетным данным, прямые расходы на войну за 2022–2025 годы составили не менее $280 миллиардов. Это только сверх того, что Россия тратила бы на армию в нормальном режиме. Если же считать от базы 2014 года — учитывая, что без войны военные расходы естественно сократились бы вместе с ценами на нефть и стабилизировались бы на уровне $50–55 миллиардов в год, — суммарные потери за двенадцать лет оцениваются в $300–400 миллиардов. Один квадратный километр захваченной украинской территории, по данным самого министра обороны Белоусова, обошёлся примерно в $25 миллионов. За эти деньги можно было построить современную больницу. Вместо этого — воронка в степи.
За двенадцать лет войны Россия потратила на армию почти $871 миллиард. Что это значит в человеческих деньгах? Каждой из 55 миллионов российских семей досталось бы по $15 800 — новая Лада Гранта плюс $7 000 сдачи. Каждый из 75 миллионов работающих получил бы по $11 600 — примерно годовую зарплату. Каждому из 43 миллионов пенсионеров — по $20 000, то есть шесть лет дополнительной пенсии. Или можно было удвоить зарплату каждому работающему на шесть лет подряд. Это, наконец, в 4,3 раза больше, чем стоил весь ВВП Украины в 2021 году — $200 миллиардов. Россия сожгла на войну в четыре раза больше, чем стоила её жертва.
Рост армии с 766 тысяч до полутора миллионов не происходит в вакууме. Это миллионы людей, изъятых из экономики, из семей, из производительного труда. Это пенсионная система, которую обескровливают ради боевых выплат. Это страна, которая в 2025 году тратит на оружие в 3,8 раза больше в долларах, чем четыре года назад — и называет это победой.
Война не является провалом российской экономики. Она является её логическим продолжением. Непрозрачные военные расходы — идеальная среда для перераспределения ресурсов внутри элит. Чем больше засекречено, тем меньше контроля. Чем дольше война, тем дольше работает эта машина. Указ № 139 — не военный документ. Это очередной счёт, который оплатят народы колоний Москвы — или, если угодно, «России».