22 августа 2025, 22:29
Одним из наиболее парадоксальных феноменов войны России против Украины остаётся то, что значительная её часть финансируется за счёт арестованных валютных активов Центрального банка Российской Федерации на Западе. Этот факт до сих пор недостаточно осознан ни российской, ни украинской аудиторией.
Замороженные активы как фундамент схемы
По официальным данным, в 2022 году на счетах в европейских депозитариях (например, Euroclear) и других западных финансовых институтах было заморожено свыше 300 млрд долларов российских резервов. Эти средства стали залоговой базой для всей военной та гражданской помощи Украине в 2022–2024 годах. Поставки вооружений и финансовая поддержка «союзников» шли не напрямую за счёт их бюджетов, а под обеспечение замороженных российских активов. К весне–лету 2025 года этот ресурс фактически был исчерпан.
Сегодня на слуху у экспертов лишь программа Extraordinary Revenue Acceleration (ERA), утверждённая странами «Большой семёрки» в конце 2024 года. Она предусматривает выделение Украине до 45 млрд евро кредитных линий, которые обслуживаются процентными доходами от тех же замороженных резервов. Но это уже «бульон из костей» — перераспределение остаточных доходов от активов, которые в основной своей массе давно пошли в обеспечение прежних траншей помощи.
Иллюзии и неприятные выводы
Для обеих сторон восприятие этого факта оказывается неудобным. Украинская публика предпочитает видеть в западных поставках проявление бескорыстной солидарности, игнорируя механизм обеспечения. Российская же массовая аудитория не готова признать, что именно валютные резервы Москвы стали одним из главных источников финансирования Украины. При этом очевидно: возвращения этих активов не будет. Они не просто заморожены — они уже потрачены.
Встает фундаментальный вопрос: кто и каким образом будет финансировать продолжение войны, если её годовая стоимость оценивается минимум в 70–120 млрд долларов? Западные экономики не демонстрируют готовности нести такие расходы бесконечно. Логика подсказывает, что наиболее вероятный сценарий — дальнейшее использование доходов России от экспорта энергоресурсов, которые в той или иной форме будут перенаправляться в пользу Украины.
Казус Абрамовича как лакмус
Особенно показателен пример продажи футбольного клуба «Челси» в 2022 году. Роман Абрамович объявил о намерении передать вырученные 2,5 млрд фунтов в фонд помощи «всем жертвам войны в Украине». Однако спустя более трёх лет средства так и не были использованы. Они застряли в правовом и санкционном лабиринте, где британские власти теперь вынуждены фактически судиться сами с собой. Этот «финансовый Уроборос» демонстрирует: даже публично заявленные инициативы перераспределения российских средств в пользу Украины оказываются парализованы на долгие годы.
Выводы
Таким образом, война ведётся в значительной мере за счёт ресурсов самой России — её резервов, арестованных на Западе. ERA лишь подтверждает эту логику, фиксируя перераспределение процентов по активам, которые уже использованы. Для Запада это удобная модель: не приходится напрямую расходовать собственные бюджеты на войну, а финансирование осуществляется за счёт капитала агрессора.
Для России это означает, что не только политические, но и финансовые издержки войны носят односторонний характер: государство не только теряет людей и ресурсы на фронте, но и фактически оплачивает поддержку сопротивления себе.
Именно это — главный парадокс нынешней войны: агрессор является одним из основных ее спонсоров.