24 октября, 10:15
Венчурный фонд "КАСЛ", активами которого управляет компания по управлению активами "Бонум Груп" Александра Киримова, в 2024-2025 годах владел 70% финансовой компании "Саплай Чейн Финанс", той самой, что стоит за продуктом Done и выпустила облигации на 180 млн гривен, пишет Absolution Leaks.
Это не слухи и не анонимные источники, а данные Национального банка. И говорят они о том, что контрольный пакет компании, лицом которой публика привыкла видеть Дмитрия Рывкина, долгое время принадлежал вовсе не Рывкину.
Эту историю легко пропустить, потому что все внимание сейчас забрал другой сюжет. Как писал Антикор, через "Кристалбанк" шли переводы группы Рывкина и Антона Скоробогатова в швейцарскую Done Switzerland AG. Эта компания раньше называлась Alltag und Gerätetechnik, а Рывкин значился среди ее руководителей с правом единоличной подписи. В капитал швейцарской фирмы внесли криптовалюту тремя пакетами: 504 376, 504 415 и 511 512 USDT, то есть в сумме 1 520 303 USDT. Откуда эти деньги и кому принадлежат выпущенные под них швейцарские акции, до сих пор не раскрыто. Публичного решения Нацбанка или суда, которое признало бы эти операции незаконными, тоже нет.
Сам "Кристалбанк" при этом гигантом не назовешь. На начало 2026 года его чистые активы составляли около 2,9 млрд гривен, 2025 год банк закрыл с убытком в 43 млн, а соотношение расходов к доходам достигло 109%. То есть банк тратил больше, чем зарабатывал. К тому же у Нацбанка уже были к нему претензии именно в сфере финансового мониторинга, то есть там, где банк обязан замечать подозрительные потоки.
Но пока все считают USDT, в реестрах лежит вопрос, от которого зависит все остальное: чьи деньги на самом деле стоят за финансовой компанией, которая занимает у людей.
Начать стоит с того, что такое Done. Продукт финансирует импорт из Китая, Гонконга, Европы и Турции для малого и среднего бизнеса. Схема простая: Done сам покупает товар у производителя от имени клиента, платит фабрике, организует доставку, растаможку и хранение. Клиент вносит аванс около 40%, остальные 60% покрывает Done, а право собственности на товар переходит к клиенту только после полного расчета. Группа работает через четыре юридических лица: ООО "ДАНН." в Украине, Done Polska в Польше, Done Global Dış Ticaret в Турции и уже упомянутую Done Switzerland AG.
Деньги для этих сделок дает именно "Саплай Чейн Финанс", которую на рынке сокращенно называют SCF. Лицензию финансовой компании на кредитование она получила от Нацбанка 26 марта 2024 года. В рекламном материале на Forbes рассказывали, что Рывкин приобрел эту компанию и начал привлекать внешние средства для финансирования торговых сделок. Рывкин отвечал за финансовую архитектуру, Скоробогатов за торговлю и логистику. А в 2025 году SCF вышла на публичный рынок с облигациями на 180 млн гривен. Публичное предложение облигаций серии В длилось с 1 по 21 сентября 2025 года, номинал одной бумаги составлял 1 000 гривен. И ключевая деталь, которую в рекламных текстах не подчеркивают: облигации необеспеченные. Купить их мог любой инвестор.
Теперь представьте такого инвестора. Он вкладывает собственные деньги в необеспеченные бумаги компании, потому что доверяет человеку, который в интервью рассказывает о нуле дефолтов даже в 2022 году и о прозрачной логистике. А по данным регулятора, 70% этой компании в тот же период держит не этот человек, а венчурный фонд под управлением чужой КУА.
Интересно, что в начале 2026 года картина в документах самой компании изменилась. 9 февраля 2026 года SCF уменьшила уставный капитал до 20 млн гривен, и это пришлось отразить в дополнении к проспекту облигаций. После этого Рывкин напрямую владеет 90% компании, а фонд "КАСЛ" лишь 10%. Но самое красноречивое другое: в том же документе Рывкин назван конечным бенефициаром всех 100%, причем 10% он держит опосредованно, именно через "КАСЛ". То есть фонд, которым управляет КУА Киримова, официально оказался оберткой для доли самого Рывкина.
Будничное объяснение у такой конструкции существует. Институты совместного инвестирования в Украине не платят налог на прибыль, поэтому владельцы бизнеса годами пользуются венчурными фондами как налоговым зонтиком. Однако тогда возникает следующий вопрос. Если фонд был лишь зонтиком, почему под ним стояли именно 70%, а не скромная доля? И почему этот зонтик каждый раз оказывается из одного и того же магазина?
Потому что фонд "КАСЛ" в биографии Рывкина появляется не впервые. В бывшей компании Рывкина ООО "Транспортная компания "Сич" учредители сменяли друг друга, словно дежурные на посту: сначала фонд "Скайфол", затем "КАСЛ", потом "АКС Капитал" и "Блум Инвест". Как минимум три из них, а именно "КАСЛ", "АКС Капитал" и "Блум Инвест", находятся в управлении той же "Бонум Груп" Александра Киримова. Следовательно, речь идет уже не об одной случайной доле в одной компании, а о повторяющемся маршруте, по которому бизнес Рывкина проходит через фонды одной КУА.
А сама "Сич" заслуживает отдельного внимания. За 2022 год компания показала 144 млн гривен выручки и 91 млн чистой прибыли. Работников у нее при этом было пятеро. Представьте себе пятерых человек, которые за год зарабатывают для компании 91 млн чистыми, и попробуйте понять, что именно они возили. Уставный капитал "Сичи" раздули с 5 тысяч до 144 млн гривен, то есть ровно до той суммы, которую показала выручка. Основной вид деятельности тоже переписали: вместо "аренды недвижимости" компания стала заниматься "грузовыми перевозками". А в Шевченковском районном суде Киева в отношении нее фигурирует уголовное производство по делу № 761/7023/22.
Так что вопрос к Done звучит совсем не риторически. Зачем компании, которая позиционирует себя как швейцарский финтех с выходом на польский и турецкий рынки, украинская КУА в качестве основного совладельца финансового партнера? Почему фонды "Бонум Груп" Александра Киримова поочередно заходят в компании Рывкина, от транспортной "Сичи" с пятью работниками и миллионными прибылями до финкомпании, которая занимала у публики 180 млн гривен под необеспеченные облигации? И кто из тех, кто покупал эти облигации осенью 2025 года, знал, что большая часть компании тогда формально принадлежала фонду, а не человеку, который рассказывал о ней в рекламных интервью?
Пока ответа нет, швейцарская вывеска Done прикрывает очень киевскую конструкцию: кредит берет компания Рывкина, долю держит фонд Киримова, а риск необеспеченных облигаций несут те, кому об этой конструкции просто не рассказали.